Фото Reuters
Главный спор, который сейчас разворачивается по поводу перспектив отечественной экономики, сводится к тому, в каком направлении она движется – по направлению к стагнации или уже рецессии. О признаках того, что в России сформировалась «экономика стагнации», сообщили эксперты Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП). Проанализировав статистику, эксперты пришли к выводу, что на текущий момент в российской экономике отсутствуют сколько-нибудь выраженные драйверы роста. «Модель, основанная на сочетании роста зарплаты, доходов и потребления населения, жилищного строительства и импортозамещения, больше не работает», – сообщили в ЦМАКП.
По каждому из этих направлений был нанесен удар, причем не случайный: это не стихийное бедствие, не внешний непредсказуемый шок, а осознанный выбор финансового регулятора, взявшего курс на замедление инфляции в ущерб экономической активности.
Но и стагнация (застой) – не единственная характеристика происходящих сегодня процессов. Большинство отраслей, не связанных с оборонно-промышленным комплексом, уже балансируют скорее на грани рецессии (долгосрочного падения), следует из других обзоров ЦМАКП.
Так, если брать все 28 промышленных отраслей добывающего и обрабатывающего сектора, по которым Росстат регулярно публикует статистику, то по итогам января–мая сокращение выпуска по отношению к тому же периоду прошлого года зафиксировано более чем в половине – в 15 промышленных отраслях.
Глубина падения, конечно, варьируется: в одних отраслях сокращение пока символическое (около 1% в годовом сопоставлении), в других оно составляет более 10%. Но сам список внушительный: не только добыча некоторых полезных ископаемых, но и производство пищевых продуктов, напитков, одежды, изделий из кожи, мебели, бумаги и бумажных изделий, резиновых и пластмассовых изделий, автотранспортных средств и прицепов и т.д.
А бурный рост сейчас демонстрирует производство лекарств, компьютеров, готовых металлических изделий (кроме машин и оборудования), «прочих транспортных средств и оборудования». Или, другими словами, все то, что, по оценкам экономистов, прямо или косвенно можно обосновать нуждами СВО.
Что примечательно, наиболее пессимистичные выводы о перспективах российской экономики теперь можно встретить даже не в экспертных комментариях, что логично и привычно, а в официальных выступлениях и докладах правительственных ведомств, ответственных за экономический рост.
«По цифрам у нас охлаждение. Но у нас все наши цифры – это зеркало заднего вида. По текущим ощущениям бизнеса мы уже, кажется, на грани перехода в рецессию», – сообщил ранее глава Минэкономразвития Максим Решетников. Как он пояснял на другом мероприятии, ужесточение денежно-кредитной политики и меры банковского регулирования влияют на сжатие кредитования: сокращается спрос на инвестиционную продукцию. Прежде всего это касается спроса на продукцию машиностроения, спецтехнику, грузовой транспорт, легкий коммерческий автотранспорт, автобусы и иные схожие группы товаров.
Вопрос о драйверах роста в России актуален как никогда. В уникальных экономических условиях предстоит, видимо, искать теперь новые – уникальные на фоне всего того, что было испробовано ранее, – драйверы, которые учтут и инфляционный таргет Центробанка, и задачу не допустить такого переохлаждения экономики, которое начнет угрожать стабильности уже не только гражданских отраслей, но и оборонного сектора.
Михаил Сергеев 
