Фото агентства городских новостей "Москва"
Подготовку к общемосковскому крестному ходу, который состоится 6 сентября, в этом году начали загодя. На днях появился сайт, посвященный организации шествия. Там прописаны четкие правила для участников. Заметно, что в РПЦ не хотят повторения некоторых проявлений чувств и общественных настроений, оставивших неоднозначное впечатление от прошлогоднего мероприятия.
Крестный ход 7 сентября 2025 года, в День собора московских святых, в РПЦ подали как триумф. Патриарх Кирилл утверждал, что в шествии приняли участие 400 тыс. верующих, хотя в МВД насчитали в 10 раз меньше участников. Глава РПЦ заявил: потому что «перепугались» из-за реальных цифр. «Мы убедительно засвидетельствовали, что Москва – действительно православная столица», – с торжеством говорил патриарх.
Но была у народного энтузиазма и обратная сторона. Шествие, возможно, оказалось многочисленным отчасти потому, что в нем приняли участие националистические группы. В церкви это понимали, объясняя, что у многих православие неразрывно связано с национальной идентичностью. Группировщики явились с «имперскими» черно-желто-белыми флагами. Но безопасность крестного хода обеспечивала администрация города, и полицейские отбирали «имперки» при входе на маршрут шествия. Эти казусы вызвали некоторое волнение в обществе, остались недовольные, пошли разговорчики.
В этом году за месяц до события появились четкие инструкции, как выражать религиозные и патриотические чувства. «К несению во время крестного хода допускаются: канонические иконы; хоругви, баннеры и стяги с изображением святых, а также с названиями или эмблемами канонических структур Русской православной церкви; государственный флаг России», – говорится на сайте мероприятия. Для икон и стягов прописаны дозволенные размеры и материалы: никакого металла!
В прошлом году общемосковский крестный ход и подобное мероприятие осенью 2024 года в Санкт-Петербурге назвали заменой русских маршей. Аналогия, конечно, напрашивается. Самый первый русский марш состоялся 4 ноября 2005 года. Тогда это мероприятие должно было перебить горькое «послевкусие» у старших поколений от отмененного дня Октябрьской революции и ноябрьских парадов, на смену которым пришел День народного единства. Однако первый марш имел такой выраженный националистический оттенок, отнюдь не выражающий единство полиэтнической страны, что в дальнейшем политическую энергию масс постарались переключить на более конструктивный патриотизм. В итоге марши просто прекратили, тем более что подоспела пандемия ковида и появились связанные с ней ограничения.
Теперь же появилось ощущение, что необузданные эмоции нашли лазейку в инициативах РПЦ. Да, националистически настроенные молодые люди шли по Москве и Петербургу с хоругвями, а не с языческой пастью волка на голове (был на русском марше такой случай). Но даже воцерковленная националистическая энергия, видимо, беспокоит администрацию. Поэтому крестный ход зачищают от низовой политизированной инициативы. Не случайно религиозные шествия законом отделили от политических манифестаций. И не будем забывать о том, что продолжают действовать ковидные ограничения. Отсюда упорядоченность мероприятия.
К предстоящему в сентябре масштабному крестному ходу Московская патриархия готовится с предвкушением успеха. По расчетам, он и в этом году своим размахом должен показать значимость церкви в российском обществе. Но этот триумф должен послужить на пользу РПЦ именно как религиозному институту. Общественному институту, который четко понимает свои функции и не покушается на то, чтобы выйти из очерченных границ. Церковь не должна показывать, что служит точкой сборки каких-либо стихийных, плохо управляемых сил. Крестоходцы шествуют под церковными хоругвями установленного образца и сплачиваются под единым флагом – российским триколором.
Екатерина Трифонова 
