Фото Reuters
Победа «Альтернативы для Германии» на местных выборах вызвала в России совершенно неоправданный прилив оптимизма – обратную сторону не менее неоправданного пессимизма, охватившего некоторых европейских либералов. При чтении иных комментариев в российских медиа, кажется, будто речь идет не о том, что АдГ получила большинство, да и то относительное, в Ландтаге самой маленькой и самой депрессивной из немецких земель (что ни в коем разе не позволит партии как-либо влиять на внешнюю политику Германии), а триумфально завоевала Бундестаг. Возникла странная уверенность, что из искры, зажегшейся в Саксонии-Анхальте, возгорится пламя и «историческая победа» (такое выражение в российских СМИ мелькает то и дело) на тамошних земельных выборах обязательно станет прологом к более глобальным свершениям, а не высшим и единственным достижением партии, как вполне может быть.
Что ж, поддадимся приступу оптимизма и попробуем представить, что будет, если АдГ все-таки получит хотя бы толику власти на федеральном уровне – тем паче, что для предсказаний такого рода ничего сверхъестественного не нужно. Сторонники правоконсервативных идей и налаживания отношений с Россией, зачастую вхожие в российские посольства, добивались успеха на выборах в Европе уже не раз. Вспомним хотя бы Маттео Сальвини и его партию «Лига», входящую в правящую коалицию в Италии, или Андрея Бабиша, который, кстати, является премьером Чехии сейчас. Как при них поменялась политика их стран на российском направлении? По сути, никак. Отчасти оправдал кремлевские надежды Виктор Орбан – это исключение из правил европейской политики, – сумевший выстроить в Венгрии, стране ЕС, вполне постсоветскую управляемую демократию. Но во-первых, и он не остановил ни один пакет антироссийских санкций (потому что не хотел этого делать, так как всегда готов был разменять свое вето на какую-нибудь уступку Брюсселя). И во-вторых, где теперь тот Орбан? В конце концов проиграл выборы и потерял власть, что мгновенно привело к изменению всей внешней политики страны. Последняя новость из Будапешта, связанная с Россией, – это высылка из Венгрии десяти российских дипломатов.
Те, кто считают, что в западных демократических странах у власти могут быть какие-то «наши люди», преувеличивают значение личных связей и недооценивают фактор системы. Популисты – это от слова populus. Народ. Избиратели. Они – единственные, под чьи чаяния политик демократической страны обязан подстраиваться, если хочет сохранить власть. А важность российско-украинского конфликта для избирателей правых популистов, нравится нам это или нет, невелика. Ее можно, не сильно погрешив против истины, описать расхожим изречением поэта Иосифа Бродского: «Раз Евтушенко против колхозов, то я – за». Раз несимпатичные политики, находящиеся у власти, ругают Россию, значит, можно побыть до известной степени за нее или уж, во всяком случае, не против. Но не более того. Потому что это «более того» избирателю не нужно.
Победу АдГ в Саксонии-Анхальте принесла зашедшая восточным немцам на ура смесь социальных лозунгов (рост стоимости жизни, с которым правительство ничего не может поделать – вот что немца, особенно на небогатом востоке страны, по-настоящему беспокоит) и антииммигрантской повестки. Плюс сказался личный фактор. Действующий премьер земли христианский демократ Свен Шульце, с его репутацией большого начальника, склонного поучать неразумный электорат, вчистую проиграл главе местного АдГ Ульриху Зигмунду. За молодого (Зигмунду 35 лет), то есть нового в политике и не испорченного пока властью человека, готового говорить с людьми о том, что их действительно волнует, да еще и ругающего опостылевших сильных мира сего (между прочим, интересно, сколько бы проходил на свободе в России политик с таким имиджем), жители Саксонии-Анхальта и отдали свои голоса. По схожей схеме правые популисты побеждали в других странах.
Рассказ о тщете надежд на АдГ можно свести к фамилии одного человека, неевропейца: Трамп. Он, в сущности, тоже правый популист и тоже декларировал благие намерения улучшить отношения с Россией. Идет середина его президентского срока. Улучшения нет. Почему с АдГ должно быть по-другому?
Дарья Гармоненко 
Иван Родин 
