Фото Reuters
Министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский призвал НАТО провести интенсивные учения вблизи Калининградской области. По его мнению, «там почти нет» российских войск. «Путин знает или предполагает, что НАТО – мирный альянс, что мы не воспользуемся его локальной слабостью, – сказал Сикорский. – Возможно, это его ошибка». Журналисты спросили министра, не предлагает ли он силам НАТО занять Калининградскую область. Сикорский ответил: «Нет. Я просто предлагаю проводить настолько агрессивные учения, чтобы Путин не знал, что конкретно мы собираемся делать». По мысли польского министра (и, к слову, политика с большим стажем), учения НАТО заставят российские власти перебросить часть войск с украинского фронта в Калининградскую область.
Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков отреагировал на эти призывы, заявив, что Россия «принимает соответствующие меры по обеспечению безопасности этого важнейшего региона». Впрочем, само заявление Сикорского звучит странно. Глава важнейшего – дипломатического – ведомства предлагает военно-политическому альянсу тактический ход, который должен изменить положение дел в российско-украинском конфликте. Но делает он это открыто, публично, проговаривая детали своего замысла, как будто это не реальная жизнь, а фильм или роман, в которых мы можем следить за каждым из героев, а они друг за другом не могут. Отрицая наличие каких-либо планов вторжения на российскую территорию, Сикорский, по сути, предлагает отвлекающий маневр, блеф, и делает это так, чтобы все были в курсе.
Пожалуй, удивляться этому уже не приходится, именно так себя и ведут в последние годы многие европейские политики, занимающие высокие посты. Можно вспомнить недавние высказывания президента Финляндии Александра Стубба, который одновременно предлагает себя на роль переговорщика с Россией от ЕС и заявляет, что украинские удары по складам Wildberries «способны подтолкнуть Москву к переговорам». Руководители государств и министры, особенно иностранных дел, еще недавно тщательно выбирали слова, часто отделывались общими формулировками, измеряя вес своих заявлений. Сейчас они нередко проговаривают все, что приходит им в голову.
Турбулентное время, кажется, сняло любые ограничения на тон и содержание публичных высказываний политиков. Они делают конъюнктурные заявления, полагая, что попадают в настроение избирателей. Одновременно они чувствуют, как обесценились любые слова в публичном пространстве и политическом дискурсе. Яркий пример – президент США Дональд Трамп, который за сутки может в соцсетях или в беседах с журналистами пригрозить какой-либо стране страшными санкциями, проехаться по ее лидеру, а потом заявить, что этот лидер, на самом деле, умный парень, с которым можно иметь дело. На следующий день все опять может пойти по тому же кругу. Путь от оскорбления до рукопожатия, как и наоборот, стал очень коротким.
Радослав Сикорский публично описывает отвлекающий маневр, не чувствуя ответственности за сказанные слова, как будто понимая, что прямой конфликт между Россией и НАТО маловероятен, посему говорить можно все что угодно. Это высказывания, провоцирующие другие высказывания, но не действия. Для Москвы, в свою очередь, это еще один повод утверждать, что Европа не хочет мира, не заинтересована в деэскалации конфликта, говорить с ней не о чем, за стол переговоров пускать ее представителей ни к чему. Польша, надо сказать, садиться за этот стол и не рвется, в этом она последовательна. А политики, которые были бы не прочь поучаствовать в потенциальных переговорах, заявления Сикорского никак не комментируют.
Игорь Лалаянц 
