Фото агентства городских новостей "Москва"
Несколько дней назад в медиа появились сообщения о том, что климатическая витрина, в которой находилась икона «Троица» Андрея Рублева в Троице-Сергиевой лавре, была какое-то время неисправна, и это отразилось на состоянии одного из важнейших культурных памятников России. В медиа появились даже фотографии, как утверждается, запечатлевшие появившиеся повреждения. Реакция ответственных за состояние шедевра на происшествие заставляет задаться несколькими важными вопросами, на которые пока нет ответов, как нет пока и точных сведений о состоянии иконы.
«Троица» была передана Русской православной церкви в 2023 году. Вопрос о том, удастся ли обеспечить ее сохранность в храме, был поставлен искусствоведами сразу. Специалисты опасались, что вне Третьяковской галереи – в Троицком соборе Троице-Сергиевой лавры – надлежащие условия гарантировать будет невозможно. Третьяковской галерее не удалось сохранить «Троицу» в своей экспозиции, но удалось оставить за собой право наблюдения за памятником и проверки его состояния. С фактом переезда «Троицы» в Лавру общественность несколько примирили заявления об исключительной надежности оборудования, которое будет использовано для хранения иконы, – так обещали представители церкви, Министерства культуры и спонсоры.
Но события в этот раз развивались не так, как ожидали хранители иконы. Сведения о поломке дорогостоящей витрины появились в медиа и частных сообщениях в социальных сетях. Информация, резюмируя, гласила, что климат-контроль якобы был неисправен уже несколько месяцев, влажность внутри витрины с шедевром поднималась до 80% при норме 50–55%, икона разрушается, ответственные лица бездействуют.
Сам путь распространения этой информации симптоматичен. Ее обнародовали не музейные специалисты, официально отвечающие за мониторинг, не Министерство культуры и не Патриархия через свои каналы, а независимые от всех этих институций люди, причем анонимно. Кто-то (возможно, имеющий отношение к системе охраны «Троицы») передал информацию неофициально, а потом сообщения попали в СМИ. Московская патриархия выпустила заявление о плановой проверке иконы лишь после того, как скандал начал разгораться и любители живописи стали обсуждать фотографии с трещинами, которые якобы появились на шедевре. Чуть позже пресс-служба Государственной Третьяковской галереи сообщила ТАСС, что работу Андрея Рублева переместили в реставрационные мастерские Троице-Сергиевой лавры.
В официальных заявлениях, которые выглядят не столько как попытка проинформировать общество, сколько как старание скрыть от него реальное состояние дел, не был признан факт поломки витрины и каких-то проблем с «Троицей». А подключение к делу инфлюэнсеров, которые просто смягчают уже обсуждаемую общественностью информацию (проблемы с витриной были отмечены не несколько месяцев назад, а две недели, изменения на досках не катастрофические и так далее), лишь усугубляют подозрения, что случилось что-то серьезное. Единственное, что известно точно – икону переместили в реставрационные мастерские.
Возникло ощущение, что проблему замалчивали до последнего, а поняв, что информация «утекла», постарались придать ситуации статус рядовой. А в результате можно сделать вывод – не сработала не только система мониторинга и сохранения иконы, но и система информирования о состоянии шедевра. С учетом огромного общественного внимания, которое привлекла передача «Троицы» церкви, логичен был бы другой путь: обнаруживается проблема, об этом докладывается в Третьяковку и Министерство культуры, выпускается публичное заявление с иллюстрациями, демонстрирующими, что икона серьезно не пострадала.
«Троица» – не единственная икона, переданная церкви, хотя этот случай остается самым обсуждаемым. В апреле этого года еще две работы из собрания Третьяковки были переданы РПЦ – икона XII века «Богоматерь Владимирская» и икона конца XIV века «Богоматерь Донская». Формально они остаются частью государственного Музейного фонда РФ и числятся в собрании галереи, но находятся в храме Христа Спасителя. Очевидно, что процесс передачи икон из музея в церковь будет продолжен, а потому тема их сохранности особенно актуальна. Но происшествие продемонстрировало, что еще более актуальны вопросы процедурные. Как осуществляется контроль за состоянием икон, каким образом получают информацию о них специалисты и общественность, кто несет ответственность на каждом этапе? Вопросы сохранности шедевров, считающихся национальным достоянием, таких как «Троица», не могут решаться кулуарно. Любой негосударственный претендент на хранение российских исторических ценностей должен быть аттестован и сертифицирован по самым высоким международным стандартам соответствия амбиций реальным техническим возможностям обеспечения сохранности ценностей. В противном случае это будет похоже на специфическую форму расхищения. Компромиссы здесь невозможны!