О первой декаде ноября как череде имперских праздников

Фото сайта kprf.ru

Анализ информационных ресурсов, связанных с КПРФ, показывает, что ее руководство, похоже, обеспокоено очередным обострением давней общественной дискуссии между условными «красными и белыми». Ведь эти словесные баталии ведутся не только по поводу событий более чем столетней давности и действовавших тогда политических фигур, но и о том, как отражается прошлое на дне сегодняшнем и завтрашних перспективах страны.

С одной стороны, такие споры всегда усиливаются осенью, когда один из нынешних главных государственных праздников – День народного единства 4 ноября начинают сравнивать с бывшим праздником того же ранга – Днем революции 7 ноября. С другой стороны, в КПРФ, судя по всему, наиболее опасным был признан тот факт, что традиционную «историческую войну» теперь превращают в актуальный сюжет текущей межпартийной борьбы. Имеется в виду прежде всего заявление ЛДПР о намерении развернуть атаку на пресловутый «коммунизм», который, дескать, мешает развитию страны.

Это выглядит попыткой отдать под ЛДПР весь тот антибольшевистский нарратив, который прежде транслировался на публику усилиями публицистов, придерживающихся национал-патриотических взглядов. То есть тех же большевиков, но иной окраски. Коммунисты во главе с Геннадием Зюгановым, очевидно, считают это продолжением сценария, который власть вроде бы хотела реализовать в ходе выборов, превратив в итоге ЛДПР во вторую по значимости оппозиционную силу именно патриотического толка.

Поэтому аналитики КПРФ выдвинули инициативу, которую, видимо, следует рассматривать как ответный ход, причем асимметричный. Потому что вместо повышения градуса «красно-белых» дебатов предлагается их завершить своего рода компромиссом, но все-таки более победным именно для Компартии. Суть предложения в том, чтобы сделать 7 ноября тройным праздником, подчеркивающим ту самую неразрывность российской истории, о которой неустанно говорят на самом верху властной вертикали. А для этого отмечать в один день и события 1612 года, чествуя Минина и Пожарского, и 1917-го, не забывая о Ленине, и обязательно 1941-го, помня, что парад на Красной площади принимал сам Сталин.

То есть, например, праздновать не освобождение от польских интервентов Китай-города, что и произошло 4 ноября, а все-таки самого Кремля, которое случилось как раз через три дня. Кстати, в действовавшем до 2005 года законе о памятных датах окончанием Смуты действительно значилось 7 ноября. При этом предлагается считать все три события проявлением имперской сущности России, которая каждый раз после краха возвращает себе контроль над евразийским геополитическим пространством.

А чтобы дополнительно подчеркнуть вековую бесконечность этого «пульсирующего имперского образования», была выдвинута идея считать праздничной вообще всю первую декаду ноября. То есть добавить 11-е число, когда «стояние на Угре» 1480 года завершило ордынское иго и превратило великого князя Ивана III в настоящего правителя Руси. И еще включить в череду празднований день 2 ноября, когда царь Петр I в 1721 году принял титул императора всероссийского.

Это будет уже третья большая попытка левых оседлать национал-патриотическую тематику. Первая была в 1993 году, когда лидером КПРФ стал именно Зюганов, которого тогдашняя пресса называла «красно-коричневым». Вторая попытка была предпринята в 1996-м в преддверии президентских выборов, чтобы вывести против Ельцина буквально всю оппозицию. Третий же заход на имперский патриотизм вызван скорее всего тем, что коммунисты хотят использовать в своих узкопартийных интересах затянувшиеся надолго СВО и украинский кризис в целом. Впрочем, КПРФ, как уходящая политическая сила, такую рискованную игру самостоятельно вряд ли вытянет.