Михаил Бабинский Постановление правительства Российской Федерации, предусматривающее переход нашей школы к обязательному полному среднему образованию, следует признать весьма важным и своевременным. Нет сомнений в том, что в перспективе реализация данного постановления обещает сказаться на подготовке подрастающих поколений благоприятным образом. Правда, такое станет явью лишь в том случае, если наша школьная педагогика сумеет оказаться на уровне поставленной задачи.
Cегодня же совершенно ясно: за счет одного только волевого политико-административного акта переход нашей школы к обязательному полному среднему образованию вряд ли возможен. Больше того: эта проблема является не столько политико-административной, какой ее сегодня чаще всего видят, сколько педагогической. Ведь на сегодняшний день из всех звеньев общеобразовательной школы слабейшим является именно старшее. Причем не только у нас, но и во всем мире, где ничто не способно оградить старшее звено от системного кризиса: ни профилизация, ни ЕГЭ, ни самая замечательная опека со стороны гражданского общества┘ Наркомания, алкоголь, преступность, дедовщина – следствие того, что молодежь (повторюсь, во всем мире) сегодня не имеет хорошей педагогической поддержки. Потребность обретения осмысленного существования (самая естественная и бурно проявляющаяся в этот период) остается без удовлетворения┘
Ведь что такое старший школьный возраст? Время самоопределения человеческого┘ Теперь своим актом наше правительство планирует предоставить каждому юному гражданину страны принципиальную возможность прожить эту пору взросления полноценно. Только неблагополучие старшего звена общеобразовательной школы зашло уже так далеко, что обойтись одним его реформированием просто нельзя. Нужна его реорганизация. Национальный проект «Образование» вязнет в мелкотемье. А между тем совершенно не учитывается, что в старшей школе развитие современного человека старшего школьного возраста протекает принципиально по-другому, нежели в возрасте младшем или среднем. И поэтому педагогический процесс в старшей школе надо строить совсем по-иному (попросту говоря, он не должен быть уже ни обучением, ни воспитанием). А значит, общепедагогическая теория, в соответствии с которой следует разрабатывать педагогический процесс для старшеклассников, должна принципиально отличаться от теории обучения и воспитания.
Итак, политико-административная акция, запроектированная нашим правительством, лишь в том случае сможет оправдать возложенные на нее надежды, если окажется неформальной. Если ее удастся подкрепить изнутри уже самой педагогики. В направлении этой проблемы, вероятно, и требуется двигаться национальному проекту «Образование».
Андрей Мельников