Живопись национального масштаба

	Илья Глазунов. Фото Александра Королькова (НГ-фото)

ЮБИЛЕЙ Глазунова - повод не только к поздравлениям, но и к тому, чтобы поразмышлять над секретами успеха. Можно ругать Глазунова, можно быть горячим его поклонником и собирать альбомы с его живописью и рисунками - к книгам русских писателей или портреты и зарисовки, сделанные в Индии или Чили, где когда-то побывал художник... Нельзя оставаться к нему равнодушным. Нельзя не признать любви миллионов. Как когда-то Андрей Вознесенский, Роберт Рождественский и Евгений Евтушенко собирали многотысячные залы, так каждая выставка Ильи Глазунова становилась событием - не только в художественной, но и в общественной жизни. "Хвост" опоясывал Манеж двумя кольцами, и люди были готовы стоять и стоять, но им надо было попасть внутрь во что бы то ни стало.

Наверное, так можно было жаждать и встречи с искусством, но встреча с Глазуновым была еще и встречей с "другим искусством". Глазунов не только писал свои картины - он каждым ликом, каждым мазком говорил и даже вопил. И вне живописи - никогда не скрывал своих "несвоевременных" убеждений. Это сейчас стало и можно, и даже модно говорить о государственной идеологии, о национальной гордости и патриотическом воспитании. Тогда же Глазунов был почти в одиночестве. Думали так многие, но вслух о русском самосознании, его ущербном положении в стране говорил один Глазунов.

Глазунов - идейный художник. Потому его картины многозначительны и понятны.

Глазунов - глубоко русский художник. Национальное определение для него самого, кажется, иногда значит больше "художественного наполнения" и этого словосочетания и самих его огромных главных полотен. Русский - еще и потому, что в нашей национальной художественной традиции важно было не только "как", но и "что". Вспомните хотя бы сделанные "для души" иллюстрации к собранию сочинений Достоевского, которые вышли в массовой серии "Огонька" и останутся в богатой отечественной истории искусства иллюстрации. Художник лишил героев Достоевского благостно-счастливых лиц: советское литературоведение старательно лишало их великих - христианских - страданий, а Глазунов "возвратил" им иконописные лики, таким образом вернув в породившую их традицию.

Глазунов - истовый учитель, сегодня, вопреки, кажется, всему отстаивающий первородство и животворную силу классического академического образования. Больше десяти лет в Москве работает, принимает, учит и выпускает живописцев его Академия живописи, ваяния и зодчества.

Любовь и почитание масс Глазунов заслужил масштабными полотнами, хотя в памяти многих остается и его небольшая камерная сюжетная живопись. Картина "Ваше здоровье!", ветеран в телогрейке, на которую прицеплен орден Красной Звезды, полученный не к очередному юбилею Победы. В руке - граненый стакан, на столе - початая бутылка, а на стене - советские плакаты: "Переведем технику на работу в три смены!", "Проявим солидарность с народами Африки", что-то про освоение космоса и т.п. И все это за счет усталого, все вынесшего и выдержавшего человека.