Николай Долгих ВЧЕРА Москва хоронила Гончарова. Сумрачного старика, великого режиссера. Учителя. Он умер 8 сентября в больничной палате, отмучавшись, отболев. Умер в том возрасте, когда уже не говорят о безвременной утрате, в том положении, когда не пишут: "Он многого не успел". Он успел все - или почти все. Немудрено - ему было 83, и почти 60 из них - это годы на сцене.
"Андрея Александровича всегда интересовали не столько наши способности, - сказала Светлана Немоляева, - сколько прежде всего человеческая суть. Глубокий психологический театр Андрея Гончарова и Георгия Товстоногова могут уйти сегодня. Я не вижу, к сожалению, достойных продолжателей их дела".
Он создал театр, который до одури любят миллионы, основал школу, воспитавшую Някрошюса и Фоменко. Его "Трамвай "Желание" многими - очень многими - считается едва ли не самой пронзительной инсценировкой этой пьесы. Нет, он не закладывал первый камень в здание на Никитской, не открывал ГИТИС. Но он - Андрей Александрович Гончаров - влил в них свой дух, свой труд. Промазал густым талантом каждую балку на сцене, каждое кресло в зале. Этот терпкий запах - запах вечности - останется там навсегда. И еще память. Светлая память.
...С ним прощались в его театре - среди тех, кто пришел, была чуть ли не вся театральная Москва. Его отпевали в церкви Воскресения Словущего в Брюсовом переулке. А похоронили на Новодевичьем кладбище.
