|
|
Поддержка Трампа в Юте несравнима с голосованием за кандидата-мормона Митта Ромни на президентских выборах в 2012 году. Фото Reuters |
Представление, будто мормоны всегда были республиканцами, неверно. В XIX веке все было почти наоборот. Национальная Республиканская партия возникла, среди прочего, как противник многоженства. Федеральное давление на мормонскую Юту долго толкало Святых последних дней к демократам. До получения Ютой статуса штата в 1896 году церковь активно участвовала в политике, а партийная система территории строилась вокруг мормонской Народной партии (People’s Party) и антимормонской Либеральной партии (Liberal Party). Лишь после отказа от полигамии, ликвидации собственной партии и интеграции Юты в американскую политическую систему руководство стало последовательно отделять церковь от политики.
Даже в середине XX века Юта не была однопартийным республиканским бастионом. Исследования политической истории штата показывают относительно конкурентную систему в 1950–1970-х годах. Устойчивое преимущество республиканцев сформировалось в основном на волне культурных конфликтов конца 1970-х и 1980-х – вокруг абортов, сексуальной морали, роли семьи и религии в публичной жизни.
Мормонский республиканизм, таким образом, вырос из сочетания трех факторов. Религиозно-культурный фактор – традиционная семья и социальный консерватизм. Экономический – высокая ценность самостоятельности, предпринимательства и ограниченного государственного контроля. Институциональный – постепенное сближение с тем американским консервативным мейнстримом, который после Второй мировой войны позволил прежде преследуемому религиозному меньшинству доказать собственную «американскость». Современная официальная позиция ЦИХСПД запрещает поддержку кандидатов и утверждает, что «принципы, совместимые с Евангелием», могут существовать в разных партиях.
Но Трамп представляет собой тип правого политика, не вызывающий симпатий у респектабельных мормонов. Наиболее болезненным оказался вопрос религиозной свободы. Историческая память общины включает изгнания, насилие и государственные ограничения XIX века. Поэтому предложение Трампа в 2015 году временно запретить въезд мусульман вызвало жесткую реакцию. Церковь, не называя Трампа по имени, напомнила слова своего основоположника Джозефа Смита о необходимости защищать права других конфессий и подчеркнула, что она политически нейтральна, но «не нейтральна в отношении религиозной свободы». После введения администрацией Трампа ограничений на прием беженцев в январе 2017 года церковь вновь публично призвала помогать людям, бежавшим от войны и религиозных преследований.
Не менее существенен вопрос стиля. В мормонской среде политическая добродетель традиционно связывается с самодисциплиной, семейной репутацией, вежливостью и личной ответственностью. Уже в 2016 году республиканцы-мормоны объясняли неприятие Трампа именно его грубостью, отношением к женщинам, нападками на оппонентов и сомнениями в его личных качествах. Впрочем, неприятие не означало массового перехода к демократам. Трамп получил в Юте 58,1% в 2020 году и 59,3% в 2024-м. По Fox exit poll, в 2024 году за него проголосовало около 73% мормонов Юты и 64% мормонов по стране.
Есть, однако, и долгосрочный сдвиг. Анализ Cooperative Election Study показывает снижение доли республиканской самоидентификации среди членов ЦИХСПД примерно с 75% в 2012 году до 58% в 2024-м одновременно с ростом числа демократов и независимых. Социологический центр Pew, использующий иную методику, все еще оценивал республиканский лагерь среди мормонов-избирателей в 2024 году примерно в три четверти. Расхождение важно: точной цифры нет, но оба источника свидетельствуют, что партийная лояльность и отношение лично к Трампу – разные показатели.
Президентские выборы 2024 года очертили пределы мормонского «только не Трамп». Нынешний лидер США получил в Юте около 59,3%, Камала Харрис – около 37,8%. При этом результат республиканца все равно оказался значительно ниже показателей Ромни 2012 года. Национальные опросы дают Трампу около двух третей голосов мормонов – много по американским меркам, но заметно меньше, чем среди белых евангеликов.
Окончательные результаты промежуточных выборов 2026 года пока юридически не утверждены. Текущие подсчеты в четырех округах Юты дают примерно 72% демократу Бену Макадамсу; около 50% республиканцу Блейку Муру; 58% республиканке Селест Малой, 53% республиканцу Майку Кеннеди.
Любопытнее предвыборных процентов отношение к самому президенту. В сентябре 2026 года опрос Deseret News/Hinckley Institute показывал лишь 52% одобрения работы Трампа среди мормонов Юты; его политику в отношении войны с Ираном одобряли всего 39%. В октябре среди всех избирателей штата Трамп имел баланс 46% одобрения против 52% неодобрения, тогда как республиканского кандидата в Конгресс на условном бюллетене выбирали 50%, демократического – 39%.
Есть основания считать этот конфликт не эпизодом, а началом структурной перестройки. Юта богата и образованна: медианный семейный доход превышает 95 тыс. долл., около 38% взрослых имеют степень бакалавра или выше; среди самих американских Святых последних дней высшее образование имеют около 36%. Университет Бригама Янга остается одним из крупнейших религиозных вузов США и центром формирования международно ориентированной церковной элиты. Миссионерская традиция, зарубежный опыт и высокая ценность образования делают часть этого электората менее восприимчивой к изоляционизму и политике культурной вражды, чем классическую белую евангелическую базу республиканцев.
Мормоны по-прежнему консервативны в вопросах абортов, семьи и религиозной свободы. Партийная инфраструктура Юты остается преимущественно республиканской. Более вероятен не переход верующих к демократам, а появление все большего слоя независимых и «условных республиканцев», готовых голосовать против конкретного кандидата партии. Данные 2007–2025 годов уже показывают сокращение преимущества республиканцев над демократами среди Святых последних дней примерно с 52 до 33 процентных пунктов.
Судебные истории Трампа усиливают эту проблему не столько из-за юридических деталей, сколько потому, что затрагивают ключевую для мормонского политического сознания тему личной добропорядочности. 5 ноября 2026 года апелляционный суд Нью-Йорка рассматривал попытку Трампа отменить приговор по 34 эпизодам фальсификации деловой документации; решения пока нет. Для убежденных сторонников президента это, напротив, остается свидетельством политического преследования.
Главное последствие для республиканцев состоит не в опасности немедленно «потерять мормонов». Скорее партия рискует потерять высокодисциплинированный консервативный электорат, который одновременно ценит религию, институты и правила. Трамп сумел заставить большинство этого электората голосовать за себя, но не сумел превратить мормонов в свою опору по образцу белых евангеликов. Результаты промежуточных выборов 2026 года показывают, что дистанция сохраняется.
