Владимирская епархия считает, что поэма "Москва-Петушки" имеет деструктивный характер

«Ничего, ничего, Ерофеев… Талифа куми, как сказал Спаситель, то есть встань и иди». Фото агентства «Москва»

Владимирская епархия РПЦ 4 сентября опубликовала на своем сайте заявление, в котором выступила против «возвеличивания и героизации» писателя Венедикта Ерофеева и его главных произведений. Вероятно, имеется в виду поэма в прозе «Москва – Петушки». Произведения Ерофеева, по мнению епархиальных литературоведов, несут в себе «деструктивный заряд», в то время как общество нуждается в нравственном идеале.

Через станцию Петушки железная дорога идет из Москвы в областной центр, город Владимир. Но в местной епархии считают, что самое известное произведение андеграундного писателя советских времен ведет к безысходности или, того хуже, в преисподнюю чуждой нам безнравственности. Священнослужители называют эти произведения близкими к эсхатологическим. При этом они ставят знак равенства между эсхатологией и пессимизмом, хотя в христианском богословии эсхатология – это одно из направлений мысли, которое изучает будущее за пределами сущего мира.

По мнению епархиальных критиков, творчество Венедикта Ерофеева искажает национальную идентичность, имеет деструктивный характер, пропагандирует порок, дает кощунственное представление о Боге и не несет в себе нравственного идеала. «В текстах присутствуют глубоко кощунственные пассажи, в которых бытие Бога подвергается насмешливому сомнению через уничижительные и богохульные образы (на примере икоты). Это не является формой творческого поиска или богоборчества, а есть проявление глумления над святыней, что недопустимо в культурном поле», – говорится в заявлении. «Все произведения пронизаны идеей бесцельности, тщетности и экзистенциального тупика. В них полностью отсутствует какой-либо положительный или нравственный идеал, надежда на спасение и преображение, что противоречит основам христианского мировоззрения, лежащего в основе нашей культуры», – добавляют епархиалы. Ну и, конечно, «произведение насыщено сквернословием», пишут они, забыв уточнить, какое именно произведение имеется в виду.

Интересно, что в современной церковной периодике в поэме «Москва – Петушки» видят позитивные для христиан, а именно евангельские мотивы. 23 октября 2024 года в журнале «Фома» была опубликована статья, где говорится следующее: «Венедикт Ерофеев, по свидетельству близких ему людей, всю жизнь вдумчиво читал Библию. А также хорошо знал русскую и европейскую культуру. И видел, насколько глубоко вся эта культура пропитана евангельскими смыслами». Между тем «Фому» редактирует Владимир Легойда, он же – председатель Синодального отдела по взаимодействию с обществом и СМИ, а также и.о. руководителя пресс-службы патриарха Московского и всея Руси Кирилла.

Поэма действительно завершается эсхатологически: «А этих четверых я уже увидел – они подымались с последнего этажа… Они… бросились меня душить, сразу пятью или шестью руками; я, как мог, отцеплял их руки и защищал свое горло, как мог. И вот тут случилось самое ужасное: один из них, с самым свирепым и классическим профилем, вытащил из кармана громадное шило с деревянной рукояткой; может быть, даже не шило, а отвертку или что-то еще – я не знаю. Но он приказал всем остальным держать мои руки, и, как я ни защищался, они пригвоздили меня к полу, совершенно ополоумевшего». Давно уже все сказано профессиональными литературоведами. Четыре незнакомца – четыре всадника апокалипсиса. Шило, пригвоздили к полу – аллюзия на Голгофу и Христа.

Или еще такая цитата из поэмы: «Ничего, ничего, Ерофеев… Талифа куми, как сказал Спаситель, то есть встань и иди. Я знаю, знаю, ты раздавлен, всеми членами и всею душой ты раздавлен, и на перроне мокро и пусто, и никто тебя не встретил, и никто никогда не встретит. А все-таки встань и иди». Вспоминаете? «И сказал ему: встань, иди; вера твоя спасла тебя» (Лк. 17:19).

Может быть, кому-то покажется, что это глумление над Священным Писанием. Но тогда и «Идиот» Достоевского – тоже глумление над образом Христа. Напомню, в князе Мышкине Достоевский видел русского Христа, который пришел в этот мир в Петербурге, погрязшем в пороках больном городе.

Даже в материалистическом СССР, уже под занавес истории страны, главному тексту Ерофеева нашли применение в воспитательном процессе. Поэма «Москва – Петушки» была опубликована в 1988-89 годах в журнале «Трезвость и культура». В то время как раз шла кампания запрета спиртных напитков. Такая публикация должна была пропагандировать здоровый образ жизни. А в здоровом теле – здоровый дух.