Наталья Ростова Можно ли сегодня сказать что-то новое о сознании, минуя груз американской философии? Как выяснилось, можно. В магазине «Фаланстер» состоялась презентация новой книги философа Федора Гиренка «Аутография языка и сознания». В отличие от современных тенденций говорить о сознании в терминах нейронов, мозговых структур и теории эволюционизма Гиренок ставит под вопрос этот подход, считая его вульгаризацией философского дискурса. Как некогда говорил Сергий Булгаков, разгадывая, как работают телеграфные столбы и провода, мы ничего не поймем в сути сообщений. Сегодня происходит нечто подобное – философы ищут человека в биологии, генетике и знаковых структурах, устраняя из языка описания человека все неудобные для них метафизические вопросы. Гиренок возвращает проблему человека философии и предлагает говорить о ней в терминах абсурда, произвола, грез, воображения, самоограничения, страдания и антиязыка.
Надо отметить, презентация прошла несколько неожиданно для большинства присутствующих. Само число посетивших мероприятие превысило возможности аудитории. Вопреки привычному размеренному ходу подобных интеллектуальных встреч разговор получился живой, эмоциональный и даже нервный. Атмосфера в какой-то момент накалилась до предела не только в прямом, но и в переносном смысле. Думаю, не одной мне при выступлении молодого философа Дмитрия Кралечкина вспомнился известный эпизод, произошедший с Витгенштейном, когда тот в споре с Поппером схватил кочергу и хотел было ударить ею собеседника. И ударил бы, если бы ему не помешал Рассел. Слава богу, до кочерги не дошло, но модератору Василию Кузнецову не раз приходилось своими изящными длинными руками делать жест «брейк».
Правда, эмоции не всегда сопряжены с мыслью, и часто выпады присутствующих касались личности Гиренка, а не его философии, и не содержали в себе ничего, кроме в лучшем случае эпатажа. Если попытаться вычленить смысл из всего произошедшего, то можно отметить несколько выступлений. Издатель книжной серии «Современная русская философия» Наталья Рябчун напомнила всем, что книга Гиренка является пятым, а потому в некотором смысле юбилейным выпуском серии. Композитор и философ Владимир Мартынов увидел смысл книги в том, что она есть прощание с властью слова. Сегодня, по его мнению, происходит катастрофа, но катастрофа радостная, ибо наконец-то человечество прощается с иудеохристианской конструкцией человека и мира, согласно которой «в начале было Слово». В начале было вовсе не слово. И самое интересное кроется в том, что было до него. Книга Федора Гиренка именно об этом. Современный мир перестает волновать то, о чем можно говорить. Его отныне интересует то, о чем можно молчать. Язык перестает быть домом бытия. Первые проблески этих настроений мы видим в «Черном квадрате» Казимира Малевича или в музыкальном произведении Джона Кейджа «4’33», а теперь средствами философии – в книге Федора Гиренка, который демонстрирует пост- и антихайдеггерианский способ мышления. Религиовед Павел Костылев отметил, что Гиренку удалось уклониться от болезней современных философов, которые заражены именным психозом и категориальным неврозом, а попросту говоря, не смеют говорить от своего имени, прикрываясь авторитетами, и зашорены узкой проблематикой, подменяя философию исследованием выбранной категории, например, языка. Философ Ирина Дмитриева, впечатлившись детальным оглавлением книги «Аутография языка и сознания», высказала предположение о том, что Гиренок замахнулся в ней на весь мир, набросив на него вопреки пафосу молчания вербальную сеть. Гиренок парировал и, перефразируя Витгенштейна, согласно которому то, о чем нельзя говорить, о том следует молчать, и, уточняя мысль Владимира Мартынова, сформулировал свой пафос так: о чем невозможно молчать, о том следует говорить, ибо не молчание является производным от языка, а, наоборот, язык производен от молчания, и именно в этом заключается суть теории антиязыка.
