Как поэты на троих сообразили

Как известно, поэт в России – больше чем поэт. А если поэтов собирается несколько, то это «большее», увеличиваясь в разы, заставляет поклонников изящной словесности внимать каждому слову, а подчас и трепетать от избытка эмоций положительного свойства. А уж ежели поэтическое действо имеет быть в заведении, где подаются разнообразные вдохновляющие напитки, да под хорошую закусочку...

В столичном клубе «Петрович», затерявшемся в лабиринтах чистопрудненских переулков, звучали стихи Дмитрия Быкова, Андрея Добрынина и примкнувшего к ним Дмитрия Филатова. Выступление последнего не планировалось, так что, по выражению Быкова, гости «услышали трех поэтов по цене двух».

Погрузневший Быков и сбривший свои фирменные усы Добрынин наглядно продемонстрировали многочисленным зрителям (клуб был заполнен до отказа), что их рифма настолько же легка и изысканна, как и в те стародавние времена, когда они вместе выходили на сцену в поэзоконцертах куртуазных маньеристов.

Обстановка клуба способствовала непринужденному общению, безмятежному благодушию и дружеской приязни. Главные герои вечера сидели среди зрителей и вместе с ними поднимали тосты за былые и будущие творческие триумфы. Сменяя друг друга, поэты поднимались к микрофону и щедро одаривали собравшихся своими творениями. Андрей Добрынин перемежал хиты куртуазных времен с еще не опробованными на широкой публике поэтическими новинками. «Я не хочу вам ничего сказать,/ Я не желаю с вами быть поэтом./ Я вас хочу лобзать, лобзать, лобзать –/ И сохранять молчание при этом». Громче всех хохотал, слушая добрынинские стихи, Дмитрий Быков, а аплодировал так неистово, что, наверное, отбил себе ладони.

Сам Быков читал вирши злободневные, с уклоном в политическую сатиру. Про выбор клички для собаки премьера, про Химкинский лес, про то, как в гости к и.о. мэра Москвы припожаловала статуя Петра... Быковский баритон тонул в рукоплесканиях и взрывах смеха. Как всегда, нашлось место и лирике. «Удара твоего боится индивид,/ Когда он сам тебя ударить норовит,/ А ежели и впрямь ты вечности заложник,/ То что тебе в плевках? Не заплюешь костер./ Я памятник сложил. К нему не зарастет./ Ты мной доволен ли, взыскательный сапожник?»

А тут еще выяснилось, что «Зенит» в Лиге Европы уделывает «Андерлехт» с родины брюссельской капусты, и настроение стало вообще замечательным. С футболом в России, может, и не все пока гладко, зато с поэзией – порядок полный.