Николай Тарасов В литературном салоне «Классики XXI века» состоялся совместный вечер поэтов Дениса Безносова и Евгения Тарана. Вниманию слушателей был представлен синтез радикального полузаумного авангарда и примитивистски-контрастного герметичного абсурда. Две эти поэтические интонации существовали скорее параллельно, нежели полярно, то есть сосуществовали внутри единого экспериментального процесса – поиска языка. Де- и ресемантизируя речь, оба поэта находят различные решения для реализации похожих задач.
Евгений Таран – поэт, филолог, участник Совещания молодых писателей в Переделкине (2000), автор книги стихов «Зерна-звезды» (2001). Он, одновременно наследуя русскому модернизму, исследованию которого посвящена его монография «Вокруг «Алконоста» (2011), и (мнимо) наивной простоте лианозовской школы, выворачивает классический текст наизнанку. Его на первый взгляд незатейливые стихи – многоуровневые конструкции, скрытые под оболочкой разговорной речи. На эту особенность обратил внимание Юрий Орлицкий: «Стихи Евгения Тарана только на первый взгляд кажутся бесхитростными и однозначными. Их написал очень умный человек, и это не скрыть ни за частушечными ритмами, ни за словесными играми».
Эти стихи либо предельно минималистичны, либо всячески стремятся к молчанию, замалчиванию конечного значения, не всегда поддающегося дешифровке: «Девочка с желтыми листьями,/ Напишу про тебя всего три слова:/ «Девочка. С желтыми. Листьями». Первичного образа достаточно, чтобы сказать о наблюдаемом предмете все необходимое, у реальности нет и не может быть никакого вывода – с этой нарочитой безвыводностью мы встречаемся в поэтическом мире Тарана.
Денис Безносов – поэт, переводчик, автор книг стихов «Клетка черепахи» (2011), «Заулисье» (2011) и книги пьес «Околопьесы» (2011). Продолжая традиции русской зауми, экспериментов Зданевича и обэриутов, а также радикальных западных направлений, в первую очередь дадаизма, он создает свой поэтический язык, расщепляя на мельчайшие атомы звуковую, тактильную и смысловую реальность. При этом составные части начинают жить своей собственной жизнью, а их сумма оказывается гораздо больше целого. По словам Данилы Давыдова, «это эксперимент по созданию дистиллированного авангардного текста, с очевидностью невозможного в момент живой истории». В стихах Безносова присутствует четкая логическая организация элементов и смыслов, парадоксальным образом подчеркивающая абсурдность окружающего мира. Например, прямые линии в пространстве: «лицо взлетает вверх/ лицо взлетает вниз/ лицо летит направо/ лицо летит налево», или бесконечное повторение одних и тех же операций: «поэт рождается/ и/ пишет пишет пишет/ пишет пишет пишет пишет пишет/ пишет пишет пишет пишет». Однако ироническая рефлексия, наполняющая стихи Безносова, позволяет обходиться даже столь минималистическими средствами для создания убедительных портретов реальности.
