Больные стихи

19 декабря, в день Николы Зимнего, в Большом зале ЦДЛ состоялся вечер, посвященный 95-летнему юбилею поэта Николая Тряпкина. Родился Тряпкин в самый день Николая Угодника в крестьянской семье и, конечно, получил имя Николай. В советский период он был одним из именитых поэтов-деревенщиков. В 1992-м, самом мрачном году распада страны, за книгу стихов «Разговор по душам» Николай Тряпкин получил Государственную премию России. Это было очень странно, потому что политические реформы поэт не принял. И писал о новой, «перестроечной» России жуткие стихи: «Нынче в России господствуют подлые духи,/ в каждом из нас теперь столько волков и волчат!/ Женщины наши на улицах мрут с голодухи,/ дети в толпе под ногами прохожих кричат».

По сути, вечер принял форму концерта – стихи, песни, видеоклипы. На вечере прозвучали песни на стихи Николая Тряпкина и русские народные песни в исполнении лауреата конкурса имени Алексея Фатьянова певицы Надежды Колесниковой. В нарядных фольклорных костюмах, с древними русскими инструментами выступал ансамбль народной музыки «Русичи». Валентин Клементьев, народный артист России, читал стихи. Были прочитаны практически все стихи последних лет жизни Николая Тряпкина. Самые яркие, больные… опубликованные только после смерти, в двух посмертных сборниках. Кстати, эти сборники, вышедшие больше десятилетия назад, – «Уж, видно, тот нам выпал жребий» (2000) и «Горящий водолей» (2003) – еще не распроданы. Эти книги можно было купить в фойе по 100 рублей.

Как бы хорошо ни читал народный артист, но, когда на сцену вышел Сергей Куняев и стал декламировать длиннющую поэму «Песнь о хождении в край палестинский», никаким народным артистам было не сравняться. Он читал так, словно сам это написал, и не когда-нибудь, а сейчас. Слово рождалось в момент произнесения. Невероятно, что литературовед может так сильно читать стихи. Причем все на память. Эту «Песнь…» Тряпкин писал 14 лет, с 1959-го по 1973 год. И опубликована она была только в период «гласности».

Геннадий Красников рассказал, как в пору перемен был редактором нескольких поэтических изданий. Они искали стихи, которые ранее невозможно было опубликовать. Обращались к самым известным поэтам, которые во всю глотку тогда кричали, что им не давали писать. Оказалось, что у них нет ни одной неопубликованной строчки. Неопубликованные стихи оказались только у самого тихого и незаметного, заикающегося поэта-деревенщика Николая Тряпкина. И не одно–два, а целые книги. Геннадий Красников спрашивал у поэта, что он чувствовал, когда эти стихи оказывались запрещенными цензурой. На что Николай Тряпкин отвечал, что ничего не чувствовал, просто писал, что сердце подсказывало. И не думал, будут они опубликованы или нет.