Владимир Пряхин Открывая в Малаховской библиотеке творческий вечер Владимира Герцика, организатор и ведущий клуба «Стихотворный бегемот» Николай Милешкин заметил, что автор не нуждается в особом представлении, и предложил сразу перейти к чтению стихов. Никто не возражал. Сам Владимир Герцик как-то назвал себя поэтом «теневым». Но как это часто бывает, «теневой» поэт оказывает немалое влияние на творчество других авторов, в том числе и достаточно известных. Об этом сказали позже присутствовавшие на вечере его друзья и соратники по перу, в частности, поэт Олег Назаровский.
Автор, читавший стихи на протяжении полутора часов, перемежал действо рассказами о своих творческих исканиях и выделил в них несколько периодов. Они сменяли друг друга по мере осознания им противоречивости мира, несправедливости общественного устройства страны, а также в результате знакомства с творчеством других поэтов, среди которых он особенно выделил Велимира Хлебникова. «Первое время я не понимал его, – заметил Герцик, – и не мог, пока не уяснил, что понимать умом, расшифровывать здесь ничего не нужно, а нужно просто научиться «воспринимать». Так постепенно поэт пришел к уяснению для себя истины, которую он постоянно утверждает сейчас и в своих статьях, и на выступлениях. Суть ее в том, что можно «писать стихами», а можно «писать стихи». Гости вечера смогли убедиться, что Герцик «пишет стихи». Стихи разные. Среди них есть и хокку, и те, которые трудно отнести к определенному жанру. Но есть то, что их объединяет: они интересны, полны неожиданностей, актуальны. Многие легко запоминаются:
Умом Папуа – Новую Гвинею не понять,
Аршином общим не измерить:
У ней особенная стать –
В Папуа – Новую Гвинею можно только верить.
Некоторые из прочитанных стихов Владимир Герцик сопроводил рассказами об истории их создания, с многочисленными экскурсами в философию, восточные религии, психологию, теорию художественного творчества, историю литературы и другие отрасли знаний. Присутствовавшие почувствовали, что кажущаяся простота стихов Герцика не только не уменьшает, а напротив, расширяет пространство для философской глубины, сочетания трагизма, иронии, лаконизма и изящества. Сильнее всего заметно это было в прочитанных поэтом хокку, которых у него более тысячи:
Биенье крыльев
Оглушительно близко.
Прямо за спиной.
Поэт не оставил без внимания и Ван Вэя, китайского живописца, каллиграфа и поэта VIII века н.э., прочитав стихотворение, являющееся откликом на его творчество; прозвучали и стихи из книги «Лиловая Колба», сборника, вышедшего в Мюнхене в 1992 году:
Но будущее врет, а прошлое мертво –
Хрипи мне мига содроганье!
Прокручивая дыр больное вещество
И проминая мрак, до мглы, до мглы
Дорваться.
Вечер не завершился чтением запланированных стихотворений, после разговора о поэзии, литературе и времени последовало чтение «на заказ», а в завершение Владимир Герцик познакомил собравшихся со стихами интересных поэтов – собратьев по поэтическому цеху.
