Глеб Котов В Москве и Санкт-Петербурге прошел 24-й Фестиваль верлибра под руководством литературоведа, доктора филологических наук Юрия Орлицкого, посвященный памяти крупнейшего верлибриста Геннадия Алексеева (1932–1987). Как и в прошлые годы, фестиваль, состоящий из теоретических сообщений и чтения стихов, собрал множество участников: около 80 поэтов. Первые два дня прошли в Зверевском центре современного искусства. Орлицкий поведал о корпусе работ, оставленном Алексеевым (он также был оригинальным художником), рассказал интересную историю о том, как Фейга Коган (1891–1974) верлибром перевела на русский Псалтирь, показала свою работу патриарху Алексию I и что из этого вышло. Литературовед Татьяна Михайловская поведала о теоретике и практике свободного стиха Арво Метсе. Критик Данила Давыдов сделал сообщение о рано умерших верлибристах – Василии Кондратьеве (1967–1999) и Яне Никитине (1977–2012), солисте группы «Театр яда», работавшем в жанре постнигилизма. Николай Милешкин прочитал произведения прозаика и верлибриста Артема Веселого (1899–1938), а Эдуард Бекетов прочел доклад «Стратегии и тактики перевода верлибра» на примере перевода стихотворения Уолта Уитмена.
Поэты представляли верлибры самые разные: были и лироэпические истории, и философская лирика, и фиксация эмоциональных состояний, изящные игровые миниатюры и ироническая рефлексия. Читали Владимир Аристов, Лилия Газизова, Дана Курская, Владимир Тучков, Татьяна Виноградова, Баир Дугаров, Андрей Тавров, Александр Гальпер (Нью-Йорк), Марина Хаген, Света Литвак, Михаил Вяткин, Фаина Гримберг, Вячеслав Куприянов, Геннадий Калашников, Игорь Левшин, Ирина Шостаковская и др. Через неделю фестиваль переехал в Санкт-Петербург. Минималистскую обстановку Зверевского сменили рафинированные зеркальные залы Музея-усадьбы Г.Р. Державина. Вновь говорили о Геннадии Алексееве. Слово держали литературовед Арсен Мирзаев, родственник и хранитель наследия поэта профессор Санкт-Петербургского государственного политехнического университета Алексей Ельяшевич, поэт Андрей Полонский. Вновь были сообщения, чтения переводов: например, Ольга Логош читала свои переводы с польского миниатюр Барбары Грушки-Зых.
В питерской части отчетливей звучали социальная тема, онтологическая тема смерти, больше было размышлений о форме. Евгений Мякишев развлек публику, прочтя сочиненный к фестивалю верлибр-рефлексию на тему своих сочинений и личностей некоторых поэтов: «Полонский сказал, что я участвую в фестивале верлибра/ Верлибр всегда казался мне/ предварительной формой, из которой еще должна вылупиться бабочка/ Или летучая рыбка/ Желательно – конечно – золотая…» Всех участников не перечислить. Назовем часть: Анастасия Романова, Сергей Ташевский, Владимир Пряхин, Марат Исенов, Лариса Йоонас (Кохтла-Ярве), Артем Верле, Дмитрий Чернышев, Джордж Гуницкий, Валерий Земских, Борис Констриктор. Фестиваль верлибра прошел на одном дыхании, все более утверждая эту форму наряду с милой русскому сердцу силлабо-тоникой. Когда авторы срывались на рифму и гетероморфный стих, то в наказание получали строгие выволочки от Юрия Орлицкого.
