Сама в себя опрокинута

В Доме поэтов, что в Трехпрудном переулке, открылся четвертый сезон городского литературного клуба «Некрасовские пятницы». Руководитель клуба, поэт, литературовед Сергей Нещеретов решил «угостить» участников вечера очень редким «блюдом» – поэзией Марлены Мош. Вечер назывался весьма анти-астрономически, зато очень поэтически – «Корни солнца». Паузы между стихами заполняли произведения Шопена, Алябьева и других классиков в исполнении Александра Малкуса, доцента Московской консерватории.

Представляя гостью, Нещеретов слегка ошарашил присутствующих сравнением ее работы, стоящей на стыке нескольких жанров, с творчеством Высоцкого. Кто-то даже, кажется, прошептал: «Что, и голос с хрипотцой?» Ничуть не бывало. Голос Марлены Мош звонкий, высокий, буквально пронизывающий пространство. Это когда она читала стихи. Когда же она пела песни на свои стихи, или, как она их называет, песенные стихи, поскольку слова и строки рождались у нее как бы совместно с мелодией, голос становился мягким, теплым, добрым, слегка убаюкивающим.

Когда Марлена читала стихи, они казались обезоруживающе простыми, но… Странное дело! Почему-то с очень запоминающимися строчками. Вот они, эти отдельные строчки: «Я бы смотрела на мир глазами этих берез…», «Мы превращаемся в солнце-облако…», «Одинокое деревце благородно кланяется весенним ветрам…», «Пустое время не жалко…», «Черный пепел искрится недолго впотьмах…», «Я сама в себя опрокинута…», «А девушка смеялась у фонтана…», «Небо твое высокое, как и молитва твоя, Россия…», «Любовь пришла, и солнце над головой благоухает…», «Все, что я знаю, после жизни приснится…», «Дождь заурчал проливными напевами…» Или – из песенных стихов: «Под птичий щебет расцветет душа…», «Я эту случайность так долго искала…» Или – из верлибров: «Я улыбаюсь отраженью мира…», «Когда тоскую по любимому, гуляю по памяти…», «О многих думаю так, как хочется думать о себе…» Марлена владеет и так называемым традиционным стихом, и верлибром. Думаю, что многим участникам вечера запомнился ее верлибр размером с небольшую поэму: «Что такое хорошо, а что плохо». И отнюдь не перекличкой с Маяковским.

А еще Марлена читала свои переводы армянских поэтов. И не только современников. Она переводила и знаменитого Егише Чаренца, умершего при невыясненных обстоятельствах в ереванской тюремной больнице в страшном 1937-м.

В общем, Марлена Мош, родившаяся в Степанакерте, живущая в Москве, математик по образованию, собиратель и исполнитель древних армянских мелодий, певица и поэтесса по призванию, думающая по-армянски, сочиняющая по-русски, состоящая в Московском музыкальном обществе и Союзе писателей России, подарила слушателям прекрасный вечер.