Константин Уткин Довольно трудно говорить о книгах, которые оказали на меня влияние, и не избежать определенных штампов мышления, которых я, честно говоря, боюсь. В самом деле – каждый уважающий себя писатель зависит если не от чугунной шинели Гоголя и не от антоновок Чехова, то по крайней мере от «Матери» Горького. В поэзии – Александр Сергеевич продолжает волновать умы и спустя 200 лет, хотя уже в 40-м году из уст булгаковского персонажа прозвучал этот сакраментальный вопрос: «Что такого особенного в этих словах – «Буря мглою?»
Отвечать классику про классику я не стану – все и так понятно. Само собой, я не мог избежать влияния классики, глыбы, которая висит над каждым бедным школьником и требует переосмысления уже в зрелом возрасте – неторопливого и добровольного переосмысления. И результаты такой работы могут стать видными далеко не сразу.
Но есть книги, которые в эти рамки никак не укладываются, и тем не менее оказали на меня влияние большее, чем весь школьный курс литературы. Одна из них относится к прикладной психологии – Эрик Берн, «Игры, в которые играют люди». Оказала влияние на мою жизнь – можно сказать и так, но это будет немного неточно. Если говорить конкретнее и образнее, то вот так – остановила, подняла, встряхнула, вышвырнула мусор, развернула и пинком направила в другую сторону.
Вторая – тоже в каком-то смысле прикладная. Джек Лондон, «Мартин Иден». Настольная книга каждого писателя, на мой взгляд, вскрывающая не только смысл, суть, причины и результат самой литературной работы, но и отношение тех, ради кого все и пишется. Читателя, нашего благодарного, внимательного, вдумчивого и чуткого читателя. Который завалил Идена приглашениями на обед, когда тот был сытым и уставшим. А борьба с «трансконтинентальными гнидами» за гонорар продолжается порой и в наши дни, правда, не так конкретно и экспрессивно, как 100 лет назад.
