Главкнига. Чтение, изменившее жизнь

Чтение в детстве всегда ассоциируется у меня с летом. Я отлично помню жаркое лето 1994 года, когда я, лежа на пляже канала имени Москвы возле города Химки, открыл книгу Юргена Торвальда «Сто лет криминалистики». Дать восьмилетнему мальчику  взрослую и мрачную книгу, посвященную серийным убийцам, идентификации трупов и химическому выявлению ядов, возможно, не самый однозначный поступок моей мамы. Но он угодил в точку, ибо раздел об истории судебной медицины полностью поглотил меня. Именно тогда я твердо решил, что моя жизнь должна быть связана с медико-биологическими науками, – и жизнь, совершив гуманитарную кривую, все же привела меня в лекционный зал Второго медицинского института. Я действительно хотел стать судебно-медицинским экспертом, пока на третьем курсе не влюбился в нейрохирургию. Биология интересовала меня и раньше: Фарли Моуэт «Не кричи:  «Волки!», Джеральд Даррелл (пожалуй, прочел все его книги), Джеймс Хэрриот «О всех созданиях – больших и малых». Именно последняя книга, написанная, как известно, ветеринаром, породила во мне такую любовь и жалость к животным, что сам я даже не думал о карьере ветеринарного врача. Людей мне жалко значительно меньше, оттого я преуспел в хирургии. 

Также помню лето 1996 года. На день рождения я получил собрание сочинений Хармса, одного из наиболее значимых для меня авторов и поныне. Меня очаровала повесть «Старуха», в которой я сразу почувствовал родство со странным и пугающим миром главного героя. Это было откровение. На то же лето приходятся «Преступление и наказание» Достоевского, «Лолита» Набокова (надеюсь, Милонов это читает), «Капитанская дочка» Пушкина и «Серапионовы братья» Гофмана.

Читал ли я детскую литературу? Когда читал самостоятельно, практически нет – мне всегда подсовывали взрослые книжки. Но я помню: мне четыре года, я качаюсь на качелях в дверном проеме между кухней и коридором под сиротскими антресолями, а моя прабабушка читает мне «Незнайку на Луне». Одна из фраз заканчивается словосочетанием «болотная растительность» – и тут звонит дверной звонок, мама пришла с работы. Я отчетливо помню, что тогда решил: запомню этот момент навсегда, хотя он ничем и не примечателен. Как видите, запомнил.