Когда наступает октябрь

ВЫСТУПАЯ в конгрессе США незадолго до обращения к американскому народу, президент Джон Кеннеди заявил 22 октября 1962 г., что обнаруженные на Кубе советские ракеты можно было бы подвергнуть бомбардировке. Однако это не гарантирует, что все ракеты будут уничтожены и не смогут долететь до США. Поэтому решено объявить Кубе блокаду: бомбардировка, по словам президента, стала бы слишком рискованной "адской игрой". Эта фраза Кеннеди послужила заглавием для книги, впервые на основе недавно рассекреченных документов спецслужб отразившей мельчайшие подробности Карибского (или "кубинского") ракетного кризиса октября 62-го. Но контекст повествования еще шире, он охватывает период от кубинской революции 1959 г. до гибели Кеннеди в ноябре 1963-го и ухода Хрущева с политической сцены в октябре 1964-го.

"Адская игра" ("One hell of a gamble") впервые увидела свет в 1997 г. в США и Великобритании, теперь она стала доступна и русскому читателю. Авторы этого уникального труда о самом опасном ядерном противостоянии двух великих держав в ХХ веке - академик - секретарь Отделения истории Российской академии наук (РАН) Александр Фурсенко и профессор университета в Шарлоттсвилле (штат Вирджиния) Тимоти Нафтали. Примечательно, что американский исследователь родился именно в 1962 г. и на 35 лет моложе своего российского соавтора.

Осуществление этого совместного книжного проекта стало возможным благодаря поддержке Службы внешней разведки России (СВР), чья документальная база существенно дополнила используемые Фурсенко и Нафтали материалы из архивов РФ, США, а также ряд документов из Чехии и Франции. Особенность русского издания книги в том, что архивные документы из советских источников даются, в отличие от англоязычной версии, на языке оригинала. Характерно также использование оперативных данных КГБ, включая секретные телеграммы резидентур со ссылками на конкретную нумерацию архивных дел, а также оперативной информации ГРУ ГШ, в то время как данные американского ЦРУ взяты из вторичных аналитических или обзорных справок, хотя и существенно дополнены отчетами разведки США президенту и госдепартаменту, а также многочисленными комментариями - опубликованными или неопубликованными - участников событий с американской стороны, сделанными постфактум, часто в виде мемуаров.

Конечно, такой едва заметный перекос при использовании советских и американских данных, а также отсутствие в книге какого-либо воспроизведения копий упомянутых документов могут вызвать вполне уместную настороженность у независимых историков, лишенных (пока) доступа к первоисточникам. Требуют проверки некоторые пассажи авторов (или документов?) в отношении кубинского лидера Фиделя Кастро, якобы игравшего самостоятельную роль в переговорах и переписке с главой СССР Никитой Хрущевым, "подталкивая" своего советского партнера в сторону жесткого ядерного противостояния с Америкой. Правда, есть в книге и документы, говорящие о большей гибкости Кастро, нежели его позиция виделась Хрущеву в пылу баталии.

Вызывает определенное сомнение изложение авторами ряда деталей операции "Анадырь", как названа акция советского руководства с посылкой ракетных комплексов на Кубу. Масла в огонь подливает и генерал Грибков, в 1962 г. занимавший пост зам. начальника Главного оперативного управления (ГОУ) Генштаба ВС СССР, заявив в 1992 г., что "советскому командованию на Кубе было разрешено в экстремальных обстоятельствах в случае отсутствия связи с Москвой использовать по своему усмотрению тактическое ядерное оружие". Правда, в книге утверждения Грибкова опровергает сам Роберт Макнамара, тогдашний министр обороны США: он не верит, что партийное руководство СССР могло делегировать военным без согласования с Кремлем решение такого важного вопроса, как применение ядерного оружия.

Фантазии Грибкова также не подтверждают его бывшие сослуживцы, среди них - заместитель командующего группой советских войск на Кубе генерал Гарбуз (к сожалению, более точные звания, а также имена и отчества ряда советских генералов в тексте книги отсутствуют). Но взятый явно из документов тактической или оперативно-тактической штабной игры текст - "вам разрешается лично принять решение и применить ядерные средства "Луна", ИЛ-28 или ФКР-1, как средства локальной войны" - так и повисает в неизвестности без четкого объяснения, хотя сами авторы и сомневаются в версии Грибкова. Увы, сомнения документально не опровергнуты, а упомянутый проект (!) штабного документа из архива Минобороны РФ дан без конкретной оперативной привязки (более того, источник назван по-английски: "USSR Ministry Defense Archive).

Несмотря на эти и другие смысловые натяжки, в целом "Адская игра" вполне подробно, а в некоторых эпизодах достоверно излагает своего рода летопись Карибского кризиса по дням, часам и даже минутам. Убедительно показано, что Хрущев и Кеннеди остро нуждались в постоянном прямом диалоге друг с другом. Первый - чтобы обуздать свое стремление решить проблему "ядерным гамбитом" (но только в качестве угрозы применения оружия), второй - дабы избавиться от "навязчивой идеи относительно Кастро". Переписка лидеров Советского Союза и Соединенных Штатов доказывает все-таки здравомыслие обоих. Их дипломатические баталии, отраженные в документах, свидетельствуют: ядерный конфликт был заранее исключен, однако для этого советскому премьеру и американскому президенту потребовалось показать свою волю - как политиков и как людей, побывавших на фронтах Второй мировой.

В таком беспристрастном и достоверном анализе действий верховных главнокомандующих вооруженных сил СССР и США, политиков "апогея холодной войны" - Хрущева и Кеннеди - пожалуй, главное достоинство этой бесспорно лучшей на сегодняшний день книги о Карибском кризисе. О том, как сверхдержавы вместе выбирались из ядерной западни. Как действовали тогда ЦРУ, Пентагон, госдепартамент США, как проявили себя с лучшей стороны резидентуры КГБ в Гаване и ГРУ в Вашингтоне. А особенно - посол СССР на Кубе, он же главный резидент советской разведки и личный друг Фиделя и Рауля Кастро полковник Александр Шитов, он же Алексеев, впервые прибывший на остров Свободы 1 октября 1958 г. Вместе с послом в США Анатолием Добрыниным Алексееву пришлось побыть, как сказано в книге, в самом "эпицентре драмы": до 28 октября 1962 г., когда Хрущев заявил о выводе советских ракет с Кубы. Завершилась операция "Анадырь", был приостановлен и план "Мангуста" по финансированию спецслужбами США акций саботажа и диверсий против Кастро. Через год первый из миротворцев, президент Джон Кеннеди, был убит (версия заговора исследована авторами ограниченно, с указанием лишь на замыслы техасского миллиардера Ханта, о чем имеются документы в архивах КГБ и ФБР).

В октябре 1964 г. Никита Хрущев в результате "бескровного переворота" был отправлен на пенсию. По мнению авторов книги, после Карибского кризиса Куба оставалась "тяжелым грузом" для СССР и США, "прямо или косвенно вызвав покушение на Кеннеди и подтолкнув к смещению Хрущева". Такие выводы звучат неубедительно, особенно в октябре 1999-го, когда "адская игра" с участием ЦРУ и КГБ вокруг острова Свободы стала достоянием гласности.