Надежда Кеворкова Попасть в Газу и выйти из нее трудно. Граница на замке три года. При мне не пустили группу врачей и американского адвоката. Со второй попытки я прошла при высоком дипломатическом ходатайстве и провела там девять дней. За эти дни Газу трижды бомбили с воздуха и обстреляли с моря, ни один КПП не пропустил никаких грузов. Но в Газе есть машины и бензин, ослики, повозки, продукты и товары – все благодаря туннелям. Люди бедны – бомбардировки разрушили все, где можно было работать. Миллион человек из полутора миллионов живет, не имея порой и доллара в день на душу. Нет нужных лекарств. Однако духа уныния не заметно. Люди научились лепить из глины посуду, печи и целые дома. Завалы от бомбардировок разбирают, сортируют и используют для нового строительства. Работают НГО и университеты. Но есть не решаемые на энтузиазме проблемы – вода, рак, сложные операции, канализация.
О своем понимании ситуации мне рассказали в эксклюзивных интервью премьер-министр Палестинской автономии Исмаил ХАНИЯ и один из самых влиятельных членов политбюро ХАМАС Халил АЛЬ-ХАЯ. Они интервью не дают и сделали исключение для российской прессы. О том, как преодолеть раскол среди палестинцев, высказал свое мнение Ашраф ДЖУМА, руководитель военного крыла ФАТХ и один из шести депутатов ФАТХ, живущих в Газе. О роли и месте православных палестинцев говорит независимый депутат парламента православный Хосам АТ-ТАУИЛЬ.
Газа–Москва
Дарья Гармоненко