Денис Писарев
Доклад главы «Роснефти» Игоря Сечина стал ключевым событием энергетической панели Петербургского международного экономического форума. Фото с сайта www.rosneft.ru
Новый облик мировой экономики сформируется в условиях глобального дефицита электроэнергии, воды, продовольствия, меди и других металлов, и выживет в этих условиях тот, кто окажется лучше готов к такой реальности, а не будет предаваться иллюзиям. Такой вывод сделал в своем докладе на Петербургском международном экономическом форуме ответственный секретарь комиссии при президенте РФ по вопросам стратегии развития топливно-энергетического комплекса и экологической безопасности, глава «Роснефти» Игорь Сечин. При этом у России есть все возможности сохранить ведущие позиции в мире – она не утратила сбалансированного подхода к развитию энергосистемы и смогла наладить отношения с будущими новыми глобальными лидерами, благодаря чему останется гарантом энергобезопасности, которого невозможно исключить из глобальных цепочек энергетических поставок.
Одним из главных событий деловой программы XXIX Петербургского международного экономического форума стала энергетическая панель, модераторами которой были президент Национального исследовательского института мировой экономики и международных отношений им. Е.М. Примакова РАН Александр Дынкин и журналист, ведущий RT Ричард Санчез. В заседании участвовали представители крупного бизнеса и государственной власти, эксперты и аналитики из разных стран. Игорь Сечин выступил с ключевым докладом, который назывался «Начало конца или конец начала. Что осталось на дне ларца Пандоры». В нем он, анализируя современную геополитическую обстановку и развитие глобальной энергетики, постарался провести параллель между историей развития мировой экономики в последние годы и древнегреческим мифом о ларце Пандоры, который, будучи открытым, принес человечеству множество бедствий. Отметим, что это уже не первая эллинистическая реминисценция Игоря Сечина – в прошлом году он сравнивал развитие мировой экономики с опасным и полным неожиданностей путешествием Одиссея. Моментом вскрытия ларца Пандоры Сечин считает крушение «порядка, основанного на правилах», причем произошло это в результате действий гегемона, который этот порядок и создал. В результате мировую правовую систему пытаются заменить правовой системой одной страны.
«Такие международные институты, как Организация Объединенных Наций, Всемирная торговая организация, Международный валютный фонд, Всемирный банк, система ограничения ядерных вооружений и другие из регуляторов превратились в зомби, – уверен Игорь Сечин. – Например, ООН оказалась на грани банкротства, не имея средств для выплаты зарплаты сотрудникам. Долг Вашингтона перед ней превысил 4 миллиарда долларов, среди должников также – Китай, Венесуэла, Саудовская Аравия и еще более 30 стран. Под угрозой само функционирование этой организации».
В результате, по мнению главы «Роснефти», мировая экономика стала заложником политических решений, принимаемых в интересах крупных корпораций (в основном технологических, военных и финансовых), которые сформировали замкнутый круг бенефициаров. В их интересах теперь во всем мире применяются такие инструменты воздействия, как пандемии, разрушение цепочек поставок, санкции, эмбарго, вмешательство во внутренние дела, политические провокации, экономическое удушение, захват судов, подрыв трубопроводов, организация государственных переворотов, а также применение вооруженных сил. По словам Сечина, ларец Пандоры открыт и вылетевшие из него беды и напасти не вернутся обратно, а ключевой вопрос: «Какие же проблемы еще остались на дне ларца?»
Санкционная дубина массового поражения
В первую очередь Игорь Сечин обращает внимание на то, что в последнее время санкции стали ходовым инструментом воздействия на оппонентов. «К октябрю прошлого года объем мирового товарного импорта, подпадающего под различные ограничения, достиг почти 3 трлн долл. За 12 месяцев – рост более чем в 4 раза. Уверен, что сегодня эта цифра еще выше, – отметил докладчик. – За последние 12 лет только против России было введено 32 тыс. санкций в разных, но связанных между собой юрисдикциях. Лидерство принадлежит США: эта страна ввела более 7400 рестрикций, за ними следуют Канада, Швейцария, Евросоюз, Норвегия, Великобритания, Австралия и Новая Зеландия, Япония. Всего более 50 стран». При этом, констатирует Сечин, российские валютные резервы на сумму более 300 млрд долл. были фактически конфискованы и сегодня используются для финансирования военных действий против РФ.
От Ормузского пролива до Севморпути
Война США и Ирана на Ближнем Востоке стала предпосылкой для ускорения кризиса, поскольку, кроме нефти и газа, через Ормузский пролив проходит значительный объем экспорта других товаров, например удобрений. Возникшие сбои в поставках, а также отсутствие стратегических запасов на этих рынках вызывают риск мирового продовольственного кризиса, последствия которого будут ощутимыми для Индии, стран Африки и Юго-Восточной Азии. Однако ормузский кризис заставил поставщиков и потребителей ресурсов активнее искать новые логистические пути, а в этих условиях возрастает роль российской Арктики и Северного морского пути, уверен Сечин: «Именно функционирование Северного морского пути может обеспечить мировую торговлю необходимыми транспортными решениями. Этот маршрут позволяет сократить сроки доставки грузов нашим партнерам в полтора-два раза и снизить затраты на 20–30%».
Игорь Сечин акцентирует внимание на необеспеченную эмиссию денег, которая привела к тому, что с 2008 года денежная масса в мире увеличилась на более чем 30 трлн долл., из которых на США и еврозону пришлась почти половина. «По данным вашингтонского Института международных финансов, за последние 15 лет объем мирового долга фактически удвоился. По оценке Международного валютного фонда, к концу текущего года общий госдолг Японии достигнет почти 205% ВВП, США – почти 130%, Франции – 120%, Великобритании – 105%», – говорится в докладе. Сечин напоминает, что принятая сегодня монетаристская концепция говорит о том, что деньги имеют собственную стоимость, а не являются исключительно инструментом расчетов – платежным средством. «Именно эта концепция и формирует пузырь на финансовом рынке», – заявил глава «Роснефти», отметив, что долг большинства стран сегодня не обеспечен реальными финансовыми активами и «ключевые риски формируются внутри самой системы».
Мир стремительно вооружается
Также Сечин обратил внимание на то, что глобальные военные расходы непрерывно растут на протяжении последних 11 лет. «Оборонные расходы США, составляющие сегодня треть мировых расходов, за последние 10 лет выросли в 1,5 раза и в прошлом году достигли почти 1 трлн долл., – привел данные докладчик. – К 2027 году расходы должны увеличиться еще на 50%. Расходы европейских членов НАТО растут самыми высокими темпами с 1953 года. Только за прошлый год они увеличились почти на четверть и превысили полтриллиона долларов. В Европе выделяется Германия, военные расходы которой за три последних года выросли в 2 раза – до 114 млрд долл. Планируется их дальнейшее удвоение к 2030 году. Можно смело констатировать, что Германия приступила к переводу экономики на военные рельсы».
По мнению Сечина, политическое давление приводит к росту бюджетных расходов, которые толкают вверх рыночную капитализацию плотно переплетенной триады: военно-промышленного комплекса, высокотехнологичных корпораций и финансового сектора. А затем эта триада перетягивает на себя значительную часть глобального инвестиционного ресурса. Был приведен пример: с начала 2022 года стоимость акций американских компаний авиакосмической и оборонной промышленности выросла в 2,5 раза при росте американского рынка акций на 65% за тот же период.
|
|
Представители крупнейших энергетических компаний, чиновники и эксперты участвовали в дискуссии о будущем мировой экономики. Фото с сайта www.rosneft.ru |
Инвестиции также уходят в технологический сектор. Например, согласно данным компании «МакКинзи», совокупные капитальные затраты в секторе обработки данных к 2030 году могут достичь 8 трлн долл., а в 2026 году четыре крупнейшие технологические компании направят около 700 млрд на развитие вычислительных мощностей. «Компании, связанные с искусственным интеллектом, фактически забирают значительную часть инвестиционного ресурса в ущерб остальной экономике. Доля капитальных затрат американского технологического сектора в общих инвестициях уже достигла рекордных 35%, – подчеркнул глава «Роснефти». – Мир стоит на пороге крупнейшего в истории пузыря на финансовом рынке со времен железнодорожного бума в США в XIX веке».
При этом основным генератором и бенефициаром надвигающегося кризиса Сечин называет финансовый сектор западных стран, который еще вчера активно продвигал совсем другую – «зеленую» повестку. По его словам, сегодня те же компании – «Блэкрок», «Вангард», «Стэйт Стрит» – управляют триллионами долларов, вложенными по завышенным оценкам в сектор высоких технологий и военно-промышленный комплекс. «Круг замкнулся», – подчеркнул докладчик.
Развитие в условиях дефицита мирового уровня
Он обращает внимание на то, что в ближайшие пять лет в связи с огромным вниманием к IT и технологиям искусственного интеллекта глобальный спрос на мощности дата-центров может вырасти почти втрое – до 220 гигаватт, а более 70% этого объема придется на задачи, связанные с ИИ. В результате мир входит в фазу структурного роста потребления электричества. «К 2035 году, по прогнозу Международного энергетического агентства, мировой спрос на электроэнергию увеличится почти на 40%. Такие темпы требуют сбалансированного развития энергосистемы с опорой на стабильную и экономически эффективную генерацию», – заявил Сечин, по словам которого, высокие темпы развития новых технологий уже в ближайшее время приведут к дефициту генерирующих мощностей. Но это еще не все.
Для поддержания IT-инфра-структуры потребуется расширение и модернизация сетей – 60 млн км к 2035 году и 80 млн км к 2040 году, что значит – нужно удвоить существующие мощности. На замену нынешних сетей должно направляться около 40% инвестиций, но, как было сказано выше, финансы направляются на другие цели, что будет ограничивать развитие энергосетей.
Еще одним важным дефицитом станет медь. «Потребление меди в электросетях может вырасти на 65% к 2040 году и превысить 7 млн т, что равно четверти всего потребления этого металла в данный момент», – утверждает Сечин, по словам которого, в ближайшие 20 лет потребуется добыть объем меди, сопоставимый с производством за предыдущие 10 тыс. лет.
Также ограничением будет доступ к воде. «В США центр обработки данных мощностью 100 мегаватт требует около 2 млн л воды в сутки. Это уровень потребления шести с половиной тысяч домохозяйств. К 2030 году потребление воды центрами обработки данных может почти удвоиться», – подчеркнул глава «Роснефти».
По какому пути идет Россия
Как считает Сечин, одним из наиболее хорошо подготовленных к предстоящему кризису оказался Китай благодаря сбалансированному подходу к обеспечению энергобезопасности на основе реальной оценки рисков. Китай создал для внутреннего потребителя дешевую городскую и междугороднюю транспортную инфраструктуру, обладает ощутимым конкурентным преимуществом в цене на электроэнергию и добился оптимального распределения энергоресурсов и вычислительных мощностей, а вопрос строительства дополнительной генерации решается за счет центров обработки данных, а не рядовых потребителей. Кроме того, Китай управляет крупнейшей в мире энергосистемой с установленной мощностью генерации около 4000 гигаватт, что более чем в три раза больше, чем в США. Также КНР развивает все виды генерации – от традиционных до возобновляемых источников энергии и АЭС.
По мнению Сечина, ормузский кризис и реакция на него со стороны игроков рынка и прежде всего ОПЕК, продемонстрировали – Россию невозможно исключить из мировых цепочек поставок углеводородов. При этом в сотрудничестве с РФ заинтересованы крупнейшие потребители ресурсов. «На фоне происходящих событий в мировой нефтяной отрасли российское экономическое партнерство с Китаем и Индией в сфере экономики гарантирует стабильные поставки в обе эти страны. Российские поставки нефти приносят нашим партнерам ощутимый экономический эффект. С апреля 2022 года его совокупная величина для Китая и Индии превысила 40 млрд долл.», – подчеркнул Сечин, указав, что нефтяной сектор остается ключевым донором российской экономики, поскольку формирует около 40% всей экспортной выручки и создает значительный мультипликативный эффект, обеспечивая спрос на продукцию других отраслей. «В прошлом году совокупные налоговые поступления нефтегазового комплекса и смежных отраслей составили около 17 трлн руб. – почти четверть доходов консолидированного бюджета», – сообщил глава «Роснефти», отметив важность нефтегазовой отрасли для стабильности государства.
Однако на отрасль влияют не только внешние ограничения, но и неблагоприятные макроэкономические условия, посетовал Сечин. «Текущий уровень процентных ставок приводит к значительному росту расходов на обслуживание долга, что ухудшает финансовую устойчивость, – уверен глава «Роснефти». – Давление на отрасль также оказывает опережающий инфляцию рост тарифов естественных монополий, усиливающий проинфляционные риски и ограничивающий развитие реальной экономики. Разумные решения по этим вопросам поддержат экономику и быстро дадут результаты, так необходимые нашей стране».
Взгляд на роль РФ в обеспечении глобальной стабильности
Эксперты высоко оценили доклад главы «Роснефти» на ПМЭФ. Например, заместитель председателя комитета Госдумы по экономической политике Михаил Делягин отмечает, что в нем подробно и комплексно проанализирована трансформация мировой экономики, нарастающие в ней диспропорции и объективное, несмотря на все трудности, повышение роли России, являющейся гарантом глобальной энергобезопасности, которого в принципе невозможно исключить из мировых цепочек поставок. «В связи с этим нормализация нашего экономического развития становится необходимой не только для нашего собственного развития, но и для обеспечения глобальной стабильности», – подчеркивает Делягин.
«Так как энергетика – это основание, на котором стоит вся экономика, то традиционно такие выступления охватывают широкий набор тем: от мировой финансовой системы до производства углеводородного сырья в России, – говорит заместитель директора Института национальной энергетики Александр Фролов. – Ормузский кризис красноречиво демонстрирует, что теоретические предположения о том, что некоторые игроки могут воспользоваться военной силой для контроля за мировыми транспортными артериями – «Малаккский, Баб-эль-Мандебский и Гибралтарский проливы, мыс Доброй Надежды, Датские и Турецкие проливы, Суэцкий и Панамский каналы» – это уже не теория. Это неприглядная действительность. И ее необходимо принимать во внимание, когда Россия предлагает использовать Северный морской путь. Хотя бы в качестве страховки от рисков, реализация которых – лишь вопрос времени».
Инвестиционный стратег управляющей компании «Арикапитал» Сергей Суверов также подчеркивает мысль Сечина о том, что нефтяная отрасль остается ключевой отраслью России, несмотря на то что нужно стремиться к диверсификации российской экономики и снижению ее зависимости от сырьевых доходов. «Именно нефтяной сектор является основным поставщиком валюты в страну, обеспечивая основы макроэкономической и финансовой стабильности, формируя положительное сальдо торгового баланса страны, предоставляя российским хозяйствующим субъектам возможность осуществлять импорт необходимых им технологий и оборудования из-за рубежа, – отмечает Суверов. – Российская нефтяная отрасль – одна из немногих отраслей в стране, которая имеет значительную долю на мировом рынке». По его словам, несмотря на беспрецедентный внешний прессинг, высокую ключевую ставку, сильный рубль, нефтяная отрасль остается прибыльной, своевременно исполняет все обязательства по кредитам перед банками, активно инвестирует в социальные, благотворительные и экологические проекты.
