Элла Задорожнюк
За внешней непринужденной обстановкой на встрече лидеров стран Вишеградской группы 23 июня стояли сложные политические расклады. Премьер-министры Польши Дональд Туск, Венгрии Петер Мадьяр и Словакии Роберт Фицо приветствуют коллегу из Чехии Андрея Бабиша (крайний слева). Фото Reuters
Президенты и премьер-министры
C 1 января 2020 года по 19 августа 2026 года (первая дата сугубо календарная, вторая – день появления на посту президента Венгрии одного беспартийного юриста вместо другого) на вершинах власти в странах Вишеградской группы (региональное объединение четырех центральноевропейских государств: Польши, Чехии, Словакии и Венгрии) пребывали 20 политиков. Из них 10 президентов (в том числе 4 венгерских) и 10 премьер-министров (в том числе 4 словацких). Всего в этом составе – 18 мужчин и 2 женщины (президенты Словакии и Венгрии); 8 политиков занимали свои посты и до 2020 года. Годы их рождения варьируются в диапазоне от 1944 года (Милош Земан, президент Чехии с 2013 по 2023 год) и до 1983 года (Кароль Навроцкий, президент Польши с 2025 года, всего на два года старше Петер Мадьяр, премьер-министр Венгрии с 2026 года).
Почти половина политиков высшего ранга – юристы, из них все шесть венгерских; из четырех политиков польских трое профессиональные историки; двое из Чехии и трое из Словакии – экономисты; из остальных можно выделить инженера Эдуарда Хегера и профессионального военного Петра Павела.
Что касается религии, то все политики Польши и Словакии демонстрируют приверженность католицизму, хотя президент Словакии Зузана Чапутова проявляла интерес к экзотическим религиозным культам (она иногда именовала себя буддисткой). Трое из шести политиков Венгрии – католики; Виктор Орбан идентифицировал себя как протестант, Каталин Новак – как христианка, а Петр Мадьяр – как просто религиозный человек. Безоговорочным католиком признавал себя премьер Чехии Петр Фиала, Земан считал себя безрелигиозным и даже атеистом, таковым СМИ позиционируют и Павела, Андрей Бабиш называет себя нерелигиозным, но духовным человеком.
В Польше не было высших политиков, придерживающихся левых взглядов. Премьер Дональд Туск считается проевропейским либералом, а остальные три – члены правой партии «Право и справедливость» (ПиС).
Сложнее ситуация с чешскими политиками: Земан придерживался взглядов в духе социал-демократизма, Павел акцентировал свою беспартийность, а Бабиш и Фиала относились к правоцентристским структурам – соответственно партия «Акция недовольных граждан» (АНГ) и Гражданская демократическая партия (ГДП).
Из словацких премьер-министров Петер Пеллегрини был членом партии «Голос – Социал-демократия» (Г–СД), а Роберт Фицо является лидером партии «Направление – Словацкая социал-демократия» (Н–ССД); Игор Матович и Хегер – члены центристски ориентированной партии «Обычные люди и Независимые личности» (ОЛиНЛ); Чапутова выражала симпатии правой партии «Прогрессивная Словакия» (ПС).
Трое высших политиков Венгрии были членами ФИДЕС («Венгерский демократический союз»): лидер партии Орбан и два президента Адер Янош и Новак; Тамаш Шуйок и Андраш Бака – беспартийные; Петер Мадьяр – лидер отколовшейся от ФИДЕС тоже правоцентристской партии ТИСА («Уважение и свобода»).
Польша: два инфантила у власти
Почему инфантилы? С Навроцким, казалось бы, понятно: политик, внешнеполитические ориентации которого сводятся к истерически звучащим призывам «бить москаля», а заодно и украинца за Волынскую резню, пока лишь взрослеет. То же можно отнести и к его призывам превратить Польшу в президентскую республику. Потому что, согласно политическому психологу Николаю Ракитянскому, ключевые представители польской политической элиты никак не могут избавиться от такой характеристики, как приверженность шляхетству – поверхностному взгляду на других, гонору, а говоря строго по-научному – десидеро-синдрому (он сводится к подчиненности неуемным желаниям, трудно соотносимым с реальностью).
Лидер партии «Гражданская платформа» (ГП) Туск – политик умудренный: был премьер-министром с 2007 по 2014 год, председателем Евросовета с 2014-го; вышел снова на авансцену власти в 2023 году. Но вот как он себя презентует летом 2026-го: сначала обвиняет Германию за то, что она строила «Северный поток», а сейчас преследует тех, кто его взрывал; немногим позже от него послышались жалобы на недостаток и дороговизну энергоресурсов. И кто во всем виноват? – Россия.
Согласно меткому наблюдению отечественного журналиста Вадима Поэгли, это логика рассуждения пятилетнего ребенка. Если бы тому задать вопрос: что привело к резкому подорожанию энергоресурсов: отказ от поставок дешевого газа, недостаток своего или же Годзилла? Конечно, Годзилла – последовал бы ответ. И ребенок пошел бы играть. А вот Туску следовало бы задуматься, почему он впал в такого рода инфантилизм, обвиняя во всех грехах Россию.
В чем эти политические лидеры, приверженцы католицизма и историки по первой профессии, обвиняют друг друга, даже игнорируя исторические факты? Откуда обостренная конфронтация их взаимного оценивания, притом что оба разделяют установки русофобии в разных аранжировках? Часть ответа кроется в том, что Навроцкий стремится усилить линию на сервилизм по отношению к англосаксам (президента даже именуют трампистом), а Туск выстраивает ее в сторону Евросоюза.
Конституция Польши не позволяет доводить до такого уровня конфронтацию между главой государства и главой правительства, какой наблюдался в 2026 году в Венгрии. Это не мешало Навроцкому еще в пылу предвыборных баталий «худшим премьером Польши после 1989 года» назвать Туска, который до такого рода обличений не опускался, но полагал, что Навроцкий привнес в страну моду на безответственных политиков и что необходимо всемерно сдерживать его притязания на президентство.
В августе 2026 года представитель МИД РФ Мария Захарова обвинила Навроцкого в «клинической русофобии», которая исходит, в частности, из «исторических комплексов и бессильной злобы». Но ведь что-то похожее присуще и квазиумудренному Туску. Это и позволяет обоих трактовать как инфантилов.
В 1995–2005 годах уже шла «польско-польская война» между президентом Польши экс-лидером Социал-демократии Республики Польша Александром Квасьневским и представителями правых партий в правительстве, хотя она носила скорее декларативный характер. Все же к началу 2020-х из политической авансцены Польши левые силы были удалены.
Грядущие в октябре 2027 года парламентские выборы уже начали обострять противостояние сил, олицетворяемых соответственно президентом и премьером Польши, при этом рельефнее выявляются одинаково русофобские интенции в их внешней политике. «Польско-польская война», но уже между правыми, продолжается.
Чехия в битве за Анкару
Новое премьерство Бабиша с той чертой политического стиля, который был назван нами смелой осмотрительностью, характеризуется тем, что он занимает скорее евроскептические, чем евро-атлантические позиции. Пока шагов к налаживанию конструктивных отношений с Россией он не принимает. По видимости, оптимистичнее звучали недавние слова Павела о необходимости задумываться о выстраивании будущих отношений с Россией, но им как-то не верится на фоне его же антироссийских инициатив во внешней политике и рьяной приверженности НАТО.
Расхождения же между главами государства и правительства в вопросах внутренней политики носят в целом подковерный характер. Экономист по образованию и профессии премьер-министр Бабиш при этом сдержаннее относился к ряду инициатив ЕС, а Брюссель не снимает с него ряда обвинений в коррупции. Он, можно предполагать, не без зависти смотрит на словацкого премьер-министра Роберта Фицо, который с большей смелостью призывает в своей экономической политике ориентироваться «на все четыре стороны света» и успешно ее осуществляет.
Смело осмотрительный конфликт между президентом и главой правительства Бабишем проявился в ходе спора о том, кто должен представлять Чехию на саммите НАТО летом 2026 года. Словесные прения переросли в решение кабинета министров о составе делегации, в которую вошли лишь премьер-министр, а также главы МИД и Минобороны. Но Павел напомнил, что ранее ее возглавлял именно он, и, как бывший военный деятель НАТО, не видел причин менять ситуацию. Конституционный суд обязал включить его в состав делегации, но на форум глава правительства и глава государства отправились на разных самолетах.
Президент на саммите поднимал вопросы о необходимости усиления европейской обороны, доводя чешские траты на нее до 5% ВВП, а глава правительства – о трудностях с выделением даже 2% ВВП. Павел постоянно призывает оказывать более масштабную помощь Киеву, в первую очередь военную. Бабиш же еще до победы на выборах в Палату депутатов отмечал, что его страна не станет вкладывать свои средства в ежегодный пакет из 70 млрд евро для военной помощи Украине. В целом спорадические призывы экс-генерала НАТО оказывать военное давление на Россию выглядит одиозным на фоне озабоченности премьер-министра состоянием дел в энергообеспечении страны накануне зимы.
Сравнивая указанные расхождения, следует заметить: одно дело – демонстрируемые и даже декларируемые ожидания, а другое – реальная политика и даже реал-политика; в силу этого к концу 2026 года переход к консенсусу в отношениях двух указанных политиков особых надежд не внушал. При этом относительно мягкий по сравнению с Польшей и Венгрией стиль разрешения противоречий между ними, названный нами смелой осмотрительностью, будет сохраняться. Ожидаемые осенью 2026 года выборы 1/3 Сената (парламентские выборы запланированы на 2029 год, а президентские – на 2028 год) могут дать лишь относительно достоверные данные для их прогноза. Думается, однако, что рядовые чехи с большим вниманием прислушаются к предостережениям Бабиша, прозвучавшим 17 сентября 2026 года на Пражском оборонном саммите: «Я не боюсь сказать об этом вслух. Путь, по которому сейчас идет мир, ведет не к безопасности. Он ведет нас прямо к вратам ада». Если это и осмотрительность, то высшего порядка и в настоящее время действительно смелая.
Предвзрывной консенсус в Словакии
Рельефно консенсусный тип взаимодействия высших лиц страны выглядит на примере Словакии, хотя и здесь периодически возникает контрастность в ряде их позиций, пока не переходящая в острые конфликты. Введенная нами метафора катамарана в этом плане может считаться приемлемой для анализа избранного ими курса во внешней и внутренней политике.
Еще при основании партии Г–СД в 2020 году выход Пеллегрини из партии НСД и создание им нового социал-демократического субъекта Фицо объяснял так: «Между нами и партией «Голос–СД» имеются различия относительно характера социал-демократии. Я постоянно продвигаю направление в сторону сельской (rustikalnej) социал-демократии. Не хочу сказать, что просто «сельской», но именно социальной демократии со словацкими темами. «Голос–СД» стремится позиционировать себя больше, чем партия, ориентированная на международную левую и на интернациональную Социал-демократию».
Консенсусный тип взаимоотношений президента и премьер-министра в Словакии затрагивался мною на фоне отношений социал-демократических партий с Партией европейских социалистов в предшествующей публикации (см. «НГ» от 15.07.26). Они продолжают выступать за сдержанную помощь Украине, дистанцируются от русофобских интенций во внешней политике, поддерживая миротворческие инициативы. При этом Фицо постоянно связывает снижение уровня напряженности с надежностью энергопоставок, а также с развитием атомной энергетики в стране, что предполагало интенсификацию экономических связей в данном направлении с Россией.
Все же по ряду позиций, в первую очередь по проблемам отношений с соседней Украиной, между Пеллегрини и Фицо возникали разногласия. Действительно, президент неоднократно заверял, что Словакия в будущем не сможет оказывать значимую помощь Украине, поскольку у самой нет для этого достаточных ресурсов. Вместе с тем он заявлял, что агрессия России на Украине – шанс для военной промышленности Словакии. Фицо же выступал за регулируемую, в первую очередь гуманитарную, помощь Украине с целью разрешения продолжающегося конфликта, дистанцируясь от русофобских интенций во внешней политике, и подчеркивал, что его миротворческие инициативы поддерживаются Дональдом Трампом и Римским папой.
Премьер при этом не отмежевался от слов президента 7 июля 2026 года на саммите в Анкаре, отметившего заинтересованность Словакии в «усилении восточного крыла НАТО». Однако там же Пеллегрини подчеркнул, что его страна не будет ни в военном, ни в финансовом отношении участвовать в новом пакете помощи Украине в сумме 70 млрд евро, а рост вложений в оружейную промышленность сможет лишь временно поддерживать экономику.
Что касается Евросоюза, то, по убеждению премьер-министра, его руководство политику «на все четыре стороны света» особо не одобряет. Однако если такую будут проводить и другие главы правительств стран В4, упрочатся и позиции этого субрегиона в целом, а «так называемые крупные игроки в Европейском союзе будут вынуждены уважать силу и вес государств, представляющих свыше 60 млн населения».
Парламентские выборы в сентябре 2027 года, по нашему прогнозу, в чем-то скорректируют позиции двух партий социал-демократической ориентации, что не сможет не сказаться и на отношениях лидера Н–ССД Фицо и поддерживающего Г–СД Пеллегрини, беспартийного по регламенту. Однако есть более чем достаточно оснований утверждать, что устойчивость катамарана сохранится.
Венгрия: премьер назначает президента
Замена на должности президента Венгрии одного беспартийного юриста другим, которую можно трактовать как высшую степень конфликтности главы государства и главы правительства, произошла не без натужной форсированности и по не совсем ясным мотивам. Здесь президент избирается и смещается парламентом, а не всенародным голосованием, и в его замене 45-летний Мадьяр усугубил стиль принятия решений, свойственный тому премьер-министру Венгрии, который возглавлял венгерское правительство с 1998 по 2002 год и с 2010 по 2026 год, оставаясь лидером ФИДЕС с 1995 года.
Партии был присущ акцент на национально самобытном суверенитете и консервативных моральных ценностях, жесткий контроль за СМИ и преследование носителей оппозиционных взглядов. Сюда же можно отнести манипуляции с властными структурами и спорадические решения, инициировавшиеся Орбаном. Важны также его стремление выстраивать отношения с зарубежными политиками по линии собственных интересов и агрессивно самостоятельная позиция в международных организациях. Сходство стиля по ряду указанных и других направлений и позволяет утверждать, что Мадьяр является в чем-то бóльшим орбанистом, чем сам Орбан, несмотря на их взаимную неприязнь.
В отношении же ЕС и России произошла смена их внешнеполитических ориентаций едва ли не на полярные. Как утверждает Любовь Шишелина в оценке деяний премьера в данном направлении: «Разрушать проще, чем создавать, это показали уже первые 100 дней после его победы на президентских выборах 2026 года»; в целом же речь идет о смене не системы, а скорее кадров, ее наполняющих.
Отечественный социолог Франц Шереги отмечает, что процессы замещения молодым поколением старшего происходят весьма турбулентно – в нашем случае это выход на авансцену неудержимого премьера Венгрии (равно как и президента Польши, стремящегося превзойти в русофобии премьера). Поэтому общесоциологический его вывод об их борьбе за статус монополиста распределительных отношений релевантен и для оценки ситуации в Венгрии.
Смещение президента – высшая точка конфликтности главы государства и главы правительства в странах В4. При этом у нового венгерского премьера нетрудно обнаружить проявление того инфантилизма, который присущ еще более молодому президенту Польши. Не прошло и 150 дней – и Орбан вернулся в политику с обновленными претензиями, подчеркивая неконструктивность нового курса Мадьяра, в частности по линии венгерско-российских отношений. Общественное мнение венгров стало склоняться к тому, что попрощались с этим политическим тяжеловесом преждевременно.
Заключение
Естественно, противостояние политиков, возглавляющих две ветви высшей власти, не прекращается, выливаясь в новые формы в странах В4. В целом, по нашему прогнозу, градус их конфликтности будет повышаться в условиях возможного переформатирования российско-европейских отношений в связи с завершением специальной военной операции на Украине. При этом рассматриваемое пятилетие в политической истории указанных стран выражает и более широкую конфронтацию в рамках ЕС и НАТО, связанную с провалами доминирующих там внешнеполитических ориентиров по установлению контроля над Россией.
Способы же решения конфликтов окажутся зависимыми как от внутриполитических маневров и внешнеполитических ориентаций, так и от личностных качеств политиков, находящихся у власти в отмеченный период. Однако один из них – фактически переназначение президента Венгрии 19 августа 2026 года – вряд ли станет повторяемым.
Дарья Гармоненко 
