Ни Воланда, ни Мастера

Вера Орловская. Темные силы электричества. – СПб.: Алетейя, 2010. – 236 с.

Женский роман с оттенками мистики и потусторонней реальности мог бы получиться неплохим. Название сразу притягивает – отдает планом ГОЭЛРО, лампочкой Ильича и запахом недавней катастрофы на Саяно-Шушенской ГЭС. И пусть ничего этого на страницах вы не увидите, потому что в основе лежат банальные вещи: разведенная женщина встречается с женатым мужчиной, а забеременев, выбрасывается из окна. Зато какие признанные авторитеты в друзьях «у темных сил»: Альбер Камю, Кэролл Льюис, Карлос Кастанеда и, конечно же, Михаил Булгаков!

«Нехорошая квартира» Булгакова изменена совсем немного – теперь она называется «нехорошим заведением». И чертовщина – та же. Те же консультанты в костюмчиках. Только какие-то мелкие и невыразительные – как офисные работники. Зато много. В общем, ни Воланда, ни Мастера. Так, подмастерья какие-то. А Маргарита есть, и зовут ее тоже по-цветочному – Виолетта, то есть фиалка. И даже бал-маскарад ей уготован – а как же без бала? И на балу она – главная посвященная. И тайное общество есть, и звезда на рукаве┘ Гореть не перегореть.

За изысканные описания секса можно простить любые орфографические ошибки и технические ляпы. Сальвадор Дали. Великий мастурбатор. 1929 г. Музей современного искусства Софии Рейн. Мадрид

Микс не вреден для романа. Вредно другое – неуклюжие обороты, неправильная пунктуация и откровенные орфографические ошибки, создающие временную путаницу и логические неувязки. А незнание технических дисциплин перечеркивает все притянутые в книжку чужие изыски. Хотя что это мы все о грустном? В начале книжки автор (выпускница Литинститута – указано на обложке) сама предлагает посмеяться: «Я боюсь, что перестану замечать, как смешна, ибо тогда придется признать, что жизнь проиграна». Ну что, посмеемся? Вот они – изыски: «семь мужчин», «оливково-зеленый цвет» (оливковый – уже оттенок зеленого!). Часты расхожие выражения: «практически никогда», «любой и каждый». А как вам такое изречение: «Любая энергия – беззащитна». Это ядерная-то? Или вот вам цитата: «Со всей строгостью иррационального подхода к жизни». Может, это написано специально для юморески? Как и ничем не подтвержденные эпитеты: «красивый», «незабвенный», «невыносимый», «необычайный»... Последний встречается необычайно часто. Хочется задать вопрос словами автора: «Куда можно прийти, когда идти больше некуда»? Например, к красоте поэтической речи (не зря Орловская училась на семинаре поэзии!), которая прорывается сквозь неуклюжие технические конструкции. «Солнце опаздывало. Сырой воздух имел прогорклый вкус вчерашнего дождя». И в особенности это касается описания секса. Тогда у нее и пол на дыбы встать может: «паркет сладко застонал под моей тяжестью», «и было такое чувство, что дерево растет из меня». За такие образы и технические ляпы простить можно.

Закончим вопросом Чернышевского: что делать? Что-что – вносить правки, выбрасывать неувязки и заново выпускать в печать. Поправленный-то, чай, вариант куда лучше черновика будет.