Александра Чистякова Княз Гочаг. Были в саду абрикосы: Стихи, рассказы.
– Ижевск: Известия Удмуртской Республики, 2011. – 40 с. (Библиотека «Известия Удмуртской Республики». Ближние родники)
В городе Пыть-Яхе, что в ХМАО-Югра, почетным гражданином под номером 2 числится русский писатель и журналист, но азербайджанский поэт Гурбанов Княз Гочаг-Оглы. А всех получивших это звание за 21 год городской истории можно по пальцам пересчитать. Причем Княз – единственный журналист среди почетных граждан в краю нефтяников, буровиков, строителей┘ Я познакомился с ним, когда прилетел в Западную Сибирь на поэтический фестиваль. Удивительный человек встречал московских в аэропорту Сургута. Казалось, что таких сибиряков не бывает. «Гочаг» в переводе на русский – удалец, добрый молодец. Именно добрый, других Сибирь-матушка не любит. А поэт Владимир Топоров (бывший помощник бурового мастера) объяснил нам, что на месторождениях живут только удивительные люди. И тут же (пока ехали через Обь, по самому большому в мире мосту) процитировал стихи Княза Гочага: «В Москве ты – москвич,/ А в Баку ты – бакинец┘/ На долгом твоем человечьем веку/ Пусть добрая слава тебя не покинет/ Покуда ты сын и Москвы, и Баку» (перевод Александра Кердана).
Но при чем же тут абрикосы? Да в Пыть-Яхе даже кактусы на подоконниках не цветут, а смородина, как и ананасы, – только на рынке у продавца в классическом «аэродроме». Там даже на стареньких пятиэтажках, как в Питере времен войны, развешаны предупреждения: «Лавиноопасная крыша!» Так много снега. Там – в Пыть-Яхе, Пойковском, Лангепасе – все знают, что за границей города – Тайга. Край несметных богатств и сурового нрава. Где не выжить без дружбы, даже если у друга четыре ноги┘ С этой мыслью и пишут стихи. «В Тайге-то суетиться на черта?/ И отмечаю снова я и снова,/ Таежные собачки – не чета/ Чабанским из селения родного.// Таежные – собою греют снег./ Нас не облают – знают: людям трудно/ Им интересен каждый человек –/ Давно ль Тайга была совсем безлюдна?» (перевод Владимира Топорова).
Стихи Княз Гочаг сочиняет только на родном, азербайджанском языке. А как иначе? В новой книжке они опубликованы в переводах Владимира Топорова, Александра Кердана и Сергея Сметанина. А вот прозу и журналистские материалы он, выпускник филфака Тюменского университета, пишет на русском, да так, что и славянские филологи обзавидуются. Сдается мне, что русский словарный запас у западносибирского азербайджанца заметно превышает словари многих столичных борзописцев и писателей титульно-русских.
Сборник стихов и рассказов Княза вышел в напоминающей до боли культовую Библиотечку «Огонька» серии книжек-визиток «Ближние родники», которую издает в Ижевске народный поэт Удмуртии Вячеслав Ар-Серги. В ней выходят произведения писателей пусть и не самых модных, но настоящих. Есть в книжке и замечательные философские стихотворения о его новой малой родине, и рассказы-притчи, в которых все очень точно и сочно, хотя и по-восточному порой многообразно.
«Когда Чужбина для тебя добра, как мать┘» – написал в одном из стихотворений Княз Гочаг. И с верою новообращенного, с обостренным чувством Правды пишет он честно, порой слегка велеречиво (зато очень прозрачно, ясно), в лучших традициях Востока, о том, что наболело, о нестерпимой неправде, взывая к совести вдумчивого читателя.
 Мало кто так проникновенно писал о друзьях человека, собаках, как Княз Гочаг Фото Андрея Щербака-Жукова |
«Были в саду абрикосы, было садовнику и «здравствуй», и «до свидания». Кончились – куда вежливость у людей делась?»
Есть такой удивительный шарм писателя двуязычного, когда простыми вроде бы словами тебе рассказывают сказку, в которой всегда есть намек – и скорее всего не только добрым молодцам урок┘
