На вокзале

Профессор Дроф назначил Парамонову встречу у Ленинградского вокзала. Там они должны были получить багаж – две сотни горшочков с лофофорой, прибывших по морю из Южной Америки. Пробки задержали Парамонова, и он опоздал на семь минут. Дроф ожидал его у подземного перехода. «Простите, профессор, – сказал Парамонов. – В это время по Москве можно передвигаться только на вертолете». «Ерунда, коллега, нам некуда спешить, – успокоил его Дроф и показал на огромный чемодан, на который Парамонов сразу не обратил внимания. – Какой-то человек попросил посторожить вещи, а сам ушел в книжный магазин. Очень странный тип, – покачал головой профессор. – Сказал, что хочет купить в дорогу «Капитал» Маркса». «Что же здесь странного? – произнес Парамонов. – Человек интересуется политэкономией». «Вы бы видели его, – ответил Дроф и показал на стоящего у стены бомжа. – Что-то вроде этого». «Странно, – удивился Парамонов. – Чемодан-то дорогой». «Возможно, он получил его в наследство, – предположил профессор. Почувствовав интерес к своей персоне, бомж оторвался от стены и подошел. «Закурить есть?» – мрачно спросил бродяга. «Не курим, – ответил Дроф и, брезгливо потянув носом, добавил: – Иди-иди, голубчик».

Разглядывая дорогой чемодан, Парамонов заметил под ним натекшую бурую лужицу. Он с трудом сдвинул чемодан с места и воскликнул: «Ого, килограммов 70, не меньше!» Затем он присел, обмакнул палец в жидкость и понюхал. «По-моему, профессор, это кровь». «Вокзал, – ответил Дроф. – Наверное, он приехал в Москву продавать мясо». «Вы же сказали, что он уезжает». «Ну, значит, везет мясо из Москвы, – высматривая в толпе хозяина чемодана, ответил профессор. – Вы же знаете, как трудно сейчас в провинции». Покружив вокруг, бомж снова подошел и пробубнил: «А на выпить не получится?» «Что он сказал?» – не расслышал Парамонов. «Кажется, он хочет выпить, – ответил Дроф и махнул бродяге рукой. – Иди-иди, голубчик, мы не пьем». И тут бомж выдал такую длинную, замысловатую фразу, что Парамонов с профессором оторопели. «О чем это он?» – спросил Дроф. «Похоже, он чем-то расстроен, – догадался Парамонов. – Видите, какой у него взгляд?» «Ничего удивительного, – разглядывая бомжа, сказал профессор. – Посмотрите, как он одет». После этих слов бомжа словно прорвало. Он так яростно орал, что привлек внимание еще нескольких бомжей. «Коллега, вы понимаете, что он говорит?» – обратился Дроф к Парамонову. «Ничего существенного, профессор. Он просто злится». «Бедный, – сказал Дроф и, вглядевшись в бродягу, добавил: – Посмотрите, какие у него под глазами мешки. У него же больные почки». «Да, – согласился Парамонов. – Кстати, печень тоже». «Может, помочь бедняге деньгами?» – спросил Дроф. «Не стоит. Он их тут же пропьет, а у него, как вы правильно заметили, больные почки».

Подошли еще двое бомжей. Вид у них был крайне недружелюбный, и Дроф заметил: «Посмотрите, коллега, их уже трое». «Да, в таких количествах они становятся опасными, – ответил Парамонов и огляделся: – Где же ваш библиофил?» Ободренный подкреплением, бродяга шагнул было к профессору, но тут наконец появился хозяин чемодана. Им оказался небритый, нечесаный громила в рваном зипуне и с фиолетовым синяком под глазом. Бомжи сразу замолчали и отступили назад, а хозяин чемодана быстро огляделся и спросил у Дрофа: «Все тихо?» «Какой там тихо, – ответил профессор и показал на бродяг: – Эти господа так раскричались...» «Ы-ымать!» – гаркнул на бомжей громила, и те мгновенно исчезли в подземном переходе. «Ну что, купили «Капитал»?» – поинтересовался Дроф. «Купил, – ответил хозяин чемодана. – Спасибо, дядя». Ухватив чемодан, громила отправился в сторону Казанского вокзала. Провожая его взглядом, профессор покачал головой. «А вы заметили, коллега, какой у него нездоровый цвет лица?» «Почки», – определил Парамонов. «И печень», – добавил Дроф, и они не спеша двинулись к Ленинградскому вокзалу.