Охотники за скальпами

Кормак Маккарти. Кровавый меридиан, или Закатный багрянец на западе.
– М.: Азбука-Аттикус, 2012. – 384 c.

Кормак Маккарти писатель главного калибра, живой классик американской прозы. Критики называют его крупнейшим романистом нового времени и сравнивают с Уильямом Фолкнером. Наград у Маккарти не меньше, чем эпитетов: он обладатель Пулитцеровской премии (за роман «Дорога»), награды Фонда Джеймса Тейта, Национальной книжной премии (за роман «Кони, кони»). С Нобелевской, правда, пока не складывается, несмотря на номинации и позитивные прогнозы.

В России издавать Маккарти стали после успеха фильмов «Дорога» и – в особенности – оскароносного «Старикам здесь не место» братьев Коэнов. Но эти книги были после. Первую же серьезную известность Маккарти принес роман 1985 года «Кровавый меридиан, или Закатный багрянец на западе». В 2006 году по результатам опроса среди писателей и издателей эта книга вошла в число величайших американских романов последней четверти XX столетия, расположившись в рейтинге на втором месте. И вот роман впервые вышел на русском языке в переводе Игоря Егорова.

Как и более известные книги Маккарти, текст «Кровавого меридиана» – готовый киносценарий. Бери и снимай. Кстати, в ближайшем будущем это планируют сделать. Даже диалоги в романе словно прописаны для голливудского вестерна. Читаешь и видишь лицо Джона Уэйна или Клинта Иствуда.

Рука сильно болит?

Тот прижал ее к груди.

Бывало и хуже.

Именно так: без прямой речи, тире или двоеточий. Из знаков препинаний Маккарти использует только точки, запятые и – редко – знаки восклицания и вопроса. Язык минималистичен, лаконичен и сух. Пространные размышления и затянувшиеся рефлексии сведены к нулю.

Проза Маккарти – классический образец стиля action, столь любимого американским авторами. Динамичный текст, разжимающийся как пружина, чтобы ударить в финале. Никаких передышек – только движение. Маккарти вообще очень любит интерпретировать гомеровский сюжет: его герои постоянно куда-то идут, что-то ищут, к чему-то стремятся. Так было в «Дороге», когда отец и сын шли по обледеневшей, заваленной шлаком пустыне в поисках если не счастья, то покоя. Так было в «Старикам здесь не место», где герой, нашедший чемодан с двумя миллионами долларов, убегал от безжалостного убийцы, блестяще сыгранным в кино Хавьером Бардемом. Так происходит и в «Кровавом меридиане».

В центре повествования шестнадцатилетний (сам он, правда, выдает себя за девятнадцатилетнего) парень, который в тексте обозначен просто как «малец». Мать рано умерла, отец – никчемный учитель. Малец уходит из дома в большой мир, который, несмотря на вполне реальное время, сильно смахивает на постапокалиптическую картину, данную Маккарти в романе «Дорога». Те же пепелища и остовы домов, обугленные, перекошенные лица трупов, банды и орды людей, больше смахивающих на зверей. Но это уже не мир после ядерной катастрофы, как в «Дороге», а местность между Мексикой и Америкой (Фронтир), где борются за выживание негры, мексиканцы, индейцы и белые американцы. Персонажи тоже еще те. В стиле Маккарти. Тут тебе и сумасшедшие проповедники, и одинокие отшельники, и нечистоплотные священники, и бывший работорговец, чья любимая игрушка – засушенное сердце негра. К одним из таких мракобесов и прибивается малец после того, как ловко управляется с вооруженным мексиканским барменом. В романе вообще сложно встретить невооруженного персонажа. Оружия хватает. Маккарти порой описывает его настолько подробно, что текст начинает напоминать инструкцию по применению.

Вся книга наполнена древним символизмом и библейскими мотивами с обилием аллюзий и цитат. Есть даже сам Сатана – абсолютно лысый, высоченный судья Холден, любящий цитировать античных классиков и распоряжающийся судьбой людей по своему усмотрению.

Все это выписано детально, на грани смакования, и под конец книги обилие жестоких, беспощадных сцен – содержание романа под стать названию, вот-вот руки, листающие страницы, станут липкими от крови – создаёт эффект перенасыщенности, когда к чудовищным вещам сначала привыкаешь, а потом начинаешь скучать.

Еще один недостаток романа – если оценивать его, что называется, по гамбургскому счету, а только так и можно оценивать произведения классика – отсутствие (или скорее недостаточное присутствие) гипнотизирующей ауры, атмосферности текста, которая и переводит отличные произведения в ранг великих. Внимание отвлекается, и порой хочется пробежать страницу глазами по диагонали.

Однако, несмотря на кажущуюся простоту и недостаточную концентрацию, Кормаку Маккарти удалось создать не просто очередной кровавый вестерн, а своеобразную притчу о человеческой жестокости и алчности. Текст, напоминающий медицинское обследование. Жалобы, анализы (конечно, с кровопусканием), изучение результатов и, наконец, диагноз. К сожалению, неутешительный. Впрочем, как говорил еще один классик, «литература не может защитить ото зла, но может его описать». И это Кормаку Маккарти в «Кровавом меридиане» удалось блестяще.