Татьяна Кузовлева  |
| Нателла Лалабекян.
Две жизни: Стихотворения, рассказы, путевые заметки. – М.: Худож. лит., 2014. – 240 с. |
«Две жизни» – первая попытка подведения итогов, составленная из пяти книг Нателлы Лалабекян. За строками стихов, страницами прозы и дорожных заметок, за сюжетом лирически грустной сказки «Звездочка» – зоркость взгляда, способного выделить из многих деталей – нужную, иногда – легкая сентиментальность, подчас – дневниковая точность событий и диалогов или едва заметные ирония и самоирония.
Достойная ученица поэтов Риммы Казаковой и Игоря Волгина, с юности – иммигрантка из России в далекую Америку, пишущая стихи и рассказы практически в отрыве от стихии русского языка, при этом безукоризненно им владеющая, Нателла оказалась неожиданно для нынешнего невзыскательного времени человеком прекрасно эрудированным, с хорошим чувством юмора и высокой планкой самооценки. К тому же именно она предложила учредить одобренную Союзом писателей Москвы ежегодную премию имени Риммы Казаковой, своей литературной наставницы, – «Начало» – для молодого поэта.
Сколько жизней у человека? Предвестниками новой жизни могут оказаться случайная встреча или неожиданный уличный перекресток. У сочинителя начало новой жизни – это к тому же выход новой книги.
Герои «Двух жизней» – соучастники авторской судьбы, все живое, рукотворное и нерукотворное: белый папоротник – и кот Синамон; яростная и кокетливая болонка Лола – и сбитая на лету машиной птица; старьевщик и крохотная паучиха; художник и гадалка, балетмейстер, случайная попутчица... Все они одинаково дороги автору. Но для меня главная героиня в этом ряду – зангезурская бабушка, вдова соратника свободолюбивого народного вождя Нжде. Рассказ о ней полон боли и любви, преклонения перед суровой судьбой женщины, которой выпали на долю жестокие испытания.
Нателла Лалабекян искусно переплетает позавчерашний и сегодняшний дни. Со спокойной мудростью (не навредить!) она вторгается в мир и ведет читателя за собой, заставляя задуматься о ценности любви и верности, о доброте, о вечных традициях, чтобы однажды остановить вопросом: кто мы и правильно ли живем? Остановить – заключив в кольцо собственных сомнений или оставив в ожидании непредсказуемых встреч.
Знаю, любимым местом в любом жилье у нее неизменно остаются балконы – в Ереване, в Москве, в Лос-Анджелесе. Эти балконы, хранящие даже в ее отсутствие запах свежего кофе и подсказавшие ей многие образы и сюжеты – тоже ее отдельные жизни.
В книге туго натянуты струны между Зангезуром и Петроградом, Карабахом и Парижем, между Россией, Арменией и Америкой.
Струны ли, мосты – они соединяют тех, кто идет по жизни лучшим из всех возможных путей – путем поиска любви и гармонии.
«Две жизни» Нателлы Лалабекян – надежный ориентир в этом поиске.
