Борьба фастфудов

Использование старых брендов новыми партиями напоминает забавы с перетягиванием канатов.
Фото Александра Уткина/PhotoXPress.ru

Прошедшие выборы зафиксировали смерть идеологических партий старого типа и доминирование на политическом рынке краткосрочных технологических проектов.

Основной способ функционирования как старых, так и новых проектов – это франшиза, передача бренда в регионы людям, обладающим финансовым и/или имиджевым ресурсом. Это своеобразный политический «Макдоналдс», который, учитывая масштабы нашей страны, неизбежно будет побеждать «рестораны высокой политической кухни».

«Единая Россия» в регионах и муниципалитетах сделала ставку на использование популярных местных фигур, как правило, неполитизированных; переговоры по невыдвижению или снятию сильных оппонентов; использование политической инерции (голосование за действующих глав); специфику избирательного законодательства (система относительного большинства на выборах мэров и муниципальный фильтр на выборах губернаторов). В то же время не исключено, что уже в сентябре следующего года произойдет ребрендинг партии власти и на первый план выйдет Общероссийский Народный фронт.

Одним из элементов новой конфигурации может стать партия «Патриоты России», главным достоинством которой является красивое название. В ряде регионов (например, в Северной Осетии, где список партии возглавил бывший депутат Госдумы от «Единой России» Арсен Фадзаев) эта партия неплохо выступила на выборах, но это рейтинг не бренда, а конкретных местных харизматиков. Однако у «Патриотов России» есть и серьезный ограничитель для привлечения спонсоров – поведение ее руководства на выборах губернатора Рязанской области, когда под угрозой отзыва партией кандидатуры вынужден был самостоятельно сняться кандидат в губернаторы Игорь Морозов.

Не исключено, что к Народному фронту примкнет и демонстрирующая статус «второй партии власти» и теряющая собственное идеологическое лицо ЛДПР. Заметно, что Владимир Жириновский наслаждается статусом признанного младшего партнера власти и органичен в этой роли. Но есть аргументы и за сохранение автономности либерал-демократов, поскольку кремлевские политинженеры могут опасаться обнажить националистический фланг и тем самым запустить туда менее контролируемых игроков.

Появление большого количества партий-спойлеров со словом «коммунистическая» в названии создало серьезные проблемы главной оппозиционной силе – КПРФ. В некоторых муниципалитетах спойлерам удалось отобрать у традиционных левых до половины электората. Но, кроме чистого спойлерства, позициям Компартии угрожают и новые проекты, играющие на поле социального популизма (типа Партии пенсионеров). Также серьезными угрозами для Компартии являются необходимость объяснять выдвижение от нее имиджево не близких фигур (таких, например, как бизнесмен Вадим Потомский в Брянской области) и пока не оформленная в партийном пространстве, но в перспективе чувствительная конкуренция со стороны «новых левых» (а-ля Удальцов).

Но если у КПРФ запас прочности еще велик, то для «Справедливой России» риски в связи с либерализацией партийного законодательства серьезно возрастают. Электорат эсэров традиционно эклектичен, «с бору по сосенке», поэтому они особо уязвимы для конкуренции со стороны неидеологических проектов типа уже упомянутых «Пенсионеров» или «За женщин России», а также партий экологической направленности.

Ветеран российской политики партия «Яблоко» прошла в ряд горсоветов, но это скорее инерция. Если не произойдет ребрендинг партии и смена лидерского состав, этот проект обречен на медленное умирание.

Старт РПР–ПАРНАС на местных выборах исчерпан только прохождением в горсовет Барнаула, однако это результат не партии, а лично Владимира Рыжкова, который долгое время был популярным депутатом-одномандатником. Пока перспективы радикальной оппозиции на выборах выглядят печально.

Среди перспективных ниш можно назвать создание движений, использующих тему регионального патриотизма, и формирование национал-демократических проектов.