18.06.2013 00:01:00
Кавказские традиции гостеприимства на нелегалов не распространяются
Милрад Фатуллаев В 2010 году, например, Дагестан реализовал одну квоту ФМС из 132 единиц: гастарбайтеру из Ирана разрешили трудоустроиться в должности гендиректора торгово-коммерческой фирмы. Годом раньше квота была меньше – 46 единиц, но зато разрешение на трудовую деятельность было предоставлено трем игрокам футбольного клуба «Анжи» и одному гражданину Великобритании – инженеру завода по производству стеклянной продукции. Все остальные мигранты в Дагестане – нелегалы. Их число многократно превышает квоту и достигает 3–4 тыс. человек. Есть и парадокс: компания «Курорты Северного Кавказа» подписала протокол о намерениях с китайскими компаниями – Dalian Wanda Group и China Oceanwide Holdings Group – на сумму в 3 млрд. долл., предусматривающем строительство в регионе дорогих гостиниц и объектов горнолыжной инфраструктуры. Все это должны были строить почему-то сами китайцы. Махачкала недоумевает: теперь нужно будет просить Центр об увеличении квоты мигрантов?
Ежегодно в Дагестане вылавливают примерно по три сотни нелегалов. Больше всего вьетнамцев – 272 человека в 2012 году, китайцев – полсотни в год. Высокая доля высланных из страны среди выходцев из Азии объясняется их незащищенностью. Например, азербайджанцев, которых среди нелегалов 95%, депортируют лишь в единичных случаях. Они представлены в строительстве, сфере обслуживания, общепите, торговле и пользуются крышей покровителей, не очень заметны среди местного населения для сотрудников ФМС.
Местные жители выезжают за более высокой оплатой труда в другие регионы РФ или страны. Получается относительно безболезненное замещение трудовых ресурсов даже в трудоизбыточном регионе. После азербайджанцев оставшиеся 5% делят меж собой киргизы, туркмены, грузины, армяне, китайцы и узбеки. Последние исключительные пекари: балуют местных тандырным хлебом, есть несколько узбекских трендовых кафе. Армяне и грузины заняты строительством в частном секторе, киргизы и туркмены – разнорабочие.
Нельзя сказать, что, не будь нелегалов, за их работу местные бы не взялись. Почти все задержанные вьетнамцы имели разрешения на работу в Москве и Московской области, но из-за кризиса потеряли там работу и были вынуждены искать новый рынок труда.
Внутреннее неприятие местным населением, даже несмотря на кавказские традиции гостеприимства, делает мигрантов в регионе невидимками. Они живут автономно, замкнуто, в город и населенные пункты не выходят, об их наличии можно только догадаться. Если не считать бытовых краж со стороны приезжих азиатских цыган, правонарушений мигранты практически не совершают. В остальном преступления связаны с нелегальным пребыванием, нарушением предпринимательской деятельности, попрошайничеством – всего полпроцента преступлений в республике.
Кавказ – регион, где сложно закрепиться мигрантским группам. Они не защищены местными традиционными институтами родственников, землячеств, да и самих иностранцев мало. Все конфликты заканчиваются, мягко говоря, не в их пользу.
Последний красноречивый пример – драка в конце мая с.г. в ингушском Малгобеке. После избиения несколькими строителями-вьетнамцами местного жителя его друзья устроили настоящее побоище. Погибли несколько приезжих, в телах некоторых раненых торчала арматура: под жестоким натиском вайнахов мигранты спрыгивали с верхних этажей, ломая себе конечности. Излишне говорить, что после драки вьетнамцев не осталось даже на соседних стройках.
Махачкала
Комментарии для элемента не найдены.
