Возвращайтесь!

Бедные люди пришли в русскую литературу почти два века назад, если даже вести отсчет не от «Бедной Лизы», а от «Медного всадника» и «Шинели». В золотой век русской литературы, от критического реализма Глеба Успенского и Федора Решетникова до экзистенциализма Федора Достоевского и Льва Толстого, эта тема оставалась важнейшей. Даже эпигоны классиков писали о «страдающем брате».

Но XX век эту тему похоронил.

В Европе, а затем и в России пресеклась христианская традиция.Некоторое время ее место занимал гуманизм, но и он после двух мировых войн пришел в упадок. Ни веры в Бога, ни веры в человека. Системная переоценка ценнос- тей не оставила места для совести и сострадания.Сентиментальность превра- тилась в синоним дурновкусия.

Груз вины перед «страдающим братом» надоел, и писатели с радостью сбросили его, как только представилась возможность.

В современной русской литературе бедными людьми занимаются либо авторы «Нашего современника», либо драматурги-«чернушники». Но первые слишком часто переходят от прозы к политической публицистике, превра- щая экзистенциальную в своей сути проблему в политический лозунг.А «чернушники» (Василий Сигарев, братья Пресняковы) просто делают на бедных людях хорошие деньги, поражая воображение столичных и заграничных обывателей смачными картинами туземного быта.

О бедных людях пишут, но им не сочувствуют. Сама тема сейчас маргинальна.

Современные русские писатели предпочитают рефлексивную автопсихологическую прозу. Даже писателей «христианских» – Олесю Николаеву (в прозаических вещах), Майю Кучерскую, Василину Орлову – больше занима- ют собственные психологические проблемы. Маленький человек им безразличен.

О преимущественно эгоцентричной прозе наших 20- и 30, о легкомысленной и самодовольной дамской прозе говорить не приходится.

Между тем возвращение русского писателя к теме бедных людей возможно и даже перспективно.

Это помогло бы нашему писателю избавиться от «зацикленности» на собственных переживаниях, проблемах и комплексах; позволило преодолеть разрыв между литературой и жизнью, найти далеко не исчерпанный классиками материал, темы, идеи, образы, новую реальность.

Наконец, искренний интерес к «бедным людям» вернул бы нас к ценностям гуманизма. Без них литература обречена на медленную духовную деградацию.

Возвращение к «бедным людям» вовсе не утопия. Подтверждение этому – новые произведения Александра Иличевского и Маргариты Хемлин.