1000 мелочей, или Коллективный автопортрет

Павел Полян. Географические арабески: пространства вдохновения, свободы и несвободы. – М: ИКАР, 2017. – 832 с.

У каждого географа своя география: география путешествий, скитаний и исследований, география друзей, коллег и знакомств, география чувств и впечатлений, география научных интересов и мыслей, география стихов и молчаливого созерцания.

И когда это собирается в одну здоровенную груду, прокладывается пакетами фотографий, получается эдакая пирамида, преодолеть которую и трудно, и интересно. Но главное – это, безусловно, автопортрет. Поскольку, чем больше в человеке жизненного опыта, знаний, культуры, городов и стран, тем неопределеннее границы его «Я», тем с меньшей уверенностью мы, да и он сам, очерчиваем контуры личности. В самом деле: не мы ли частицы наших учителей? Не мы ли разобраны на частицы нашими учениками? В известном смысле это – коллективный автопортрет одного человека.

Книга Павла Поляна интересна еще и тем, что позволяет познакомиться с ведущими московскими и отечественными географами – познакомиться не шапочно, а вплотную, в полевых и камеральных условиях, в спорах с автором и между собой о сегодняшней и будущей ситуации науки, может быть, не самой престижной и нобелеантоемкой, но заманчиво интересной, пестрой, как и вся окружающая нас географическая оболочка.

Чем больше в человеке жизненного опыта, городов и стран, тем неопределеннее границы его «Я». Борис Кустодиев. Странник. 1920. Из серии «Русь. Русские типы». Музей-квартира И.И. Бродского, СПб.

Книга, несмотря на свой 1200-граммовый вес, читается легко, так, как и написана – размашисто, свободно, крепко, с задором и наотмашь, не стесняясь в выражениях и не тратя время на экивоки, извинения и подстилание соломок. А некоторые вводимые автором понятия – такие, например, как жлобосфера наверняка войдут в публицистический лексикон русского языка. Тут можно, как в магазине «1000 мелочей», найти всё, включая и нужное, и то, о чем даже не догадывался и не задумывался.

И еще.

Полян полемичен. Он бросает вызов многим – и коллегам и не коллегам, с ним интересно спорить и не соглашаться. Он представитель того гуманизма, который допускает наличие множества истин.

Отечественная география весьма креативна. Она дала нашей культуре поэтов и писателей, публицистов и политиков, художников и кинооператоров. Нынешняя география креативна и сама по себе, как наука: в этом ряду, бок о бок с Родоманом и Трейвишем, Зубаревич и Каганским, стоит и Полян. Он – известный мандельштамовед, но он же и сам поэт, своеобразный и очень географичный.

После прочтения «Арабесок», уверен, многие не поставят эту книгу на полку, будут возвращаться к ней, листать и перелистывать, а может, читать вслух под гитару и со стаканом вина наперевес.