0
14045
Газета Интернет-версия

22.04.2005 00:00:00

Черная быль об атомной подлодке К-431

Алексей Митюнин

Об авторе: Алексей Митюнин - участник ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС в 1986-1988 годах, ветеран подразделений особого риска. Непосредственный участник более 30 ядерных испытаний. Автор более 60 научных работ.

Тэги: к431, апл, авария, радиация


к-431, апл, авария, радиация Нередко плохая организация реагирования приводила к переоблучению. Фото с сайта «Союз Чернобыль Украины»

За год до Чернобыля, 10 августа 1985 года, в Советском Союзе произошла крупная ядерная авария.

Тогда при перезагрузке ядерного топлива на атомной подводной лодке (АПЛ) К-431 в результате грубейших нарушений технологии проведения операции на судоремонтном заводе в бухте Чажма Приморского края произошел взрыв, который сорвал пятитонную крышку реактора и выбросил наружу все его радиоактивное содержимое.

Десять человек, проводивших регламентные работы, погибли мгновенно: взрывом тела разорвало на куски, а чудовищная радиация превратила останки в биомассу. По золотому обручальному кольцу одного из погибших было установлено, что в момент взрыва уровень радиации достигал 90 тысяч рентген в час.

Ликвидация началась стихийно. Первыми к устранению последствий аварии приступили экипажи стоявших поблизости подводных лодок (ПЛ). Подвергаясь облучению, работали в чем придется – едва ли не в тапочках на босу ногу. Никаких средств защиты у первого эшелона ликвидаторов не было, действовали как в случае элементарного пожара. В результате переоблучились все до одного – да и как могло быть иначе? Ведь контроль за радиационной обстановкой тогда практически не велся.

Как впоследствии описывали очевидцы, несмотря на гарь, копоть, гигантские языки пламени и клубы бурого дыма, вырывавшиеся из раскуроченной ПЛ, в воздухе отчетливо чувствовался – как после сильной грозы, – резкий запах озона – первый признак мощного радиоактивного излучения. Люди улавливали необычный запах, но даже не подозревали о том, что это может быть не что иное, как радиация. Осознание произошедшего пришло только тогда, когда перед глазами предстала ужасная картина разрушений ядерного реактора.

Только спустя два с половиной часа пожар на лодке удалось потушить. Еще через полчаса после этого прибыла аварийная флотская команда. Выходы из завода перекрыли. Всех, принимавших участие в тушении пожара, собрали на территории завода и отправили на дезактивацию. Одежду отобрали, так как она уже была радиоактивной, но вот сменной на заводе не оказалось – и до двух часов ночи раздетые донага люди ходили по заводу. Когда, наконец, со складов привезли одежду, изможденных людей отпустили по домам, а матросов отправили в казармы.

В поселке Шкотово, что в полутора километрах от завода, в этот день никто ничего особенного не заметил, так как не слышали взрыва. Только к вечеру возникла тревога – судоремонтники всегда возвращались в одно и то же время, а тут опаздывали на несколько часов. Потом стали просачиваться слухи, что на заводе случилась какая-то авария. Но это уже ближе к ночи, а днем все было, как обычно: кто возился по хозяйству во дворе, кто ходил по магазинам, кто отдыхал. Ребятня беззаботно плескалась в море, хотя течение, подхватившее зараженную воду, уже разносило ее по всей акватории. К вечеру в поселке отключили связь, чтобы не произошло утечки информации. Не правда ли, все это очень похоже на Припять 86-го?

Известно, что в результате аварии пострадали 290 человек – 10 погибли в момент аварии, у 10 зафиксирована острая лучевая болезнь, у 39 – лучевая реакция. Значительную часть пострадавших составили военнослужащие, которые одними из первых приступили к ликвидации последствий аварии.

Трагедия в бухте продемонстрировала полную неподготовленность к решению задач чрезвычайного реагирования многочисленных служб Тихоокеанского флота. Для ликвидации последствий аварии потребовалось привлечение более двух тысяч человек и не менее 10 типов различных подразделений флота. Для координации действий требовалось создать командный пункт управления, пригласить экспертов и консультантов, сформировать штаб чрезвычайной ситуации, подразделения особого назначения, ввести спецрежим работ и взаимодействия с гражданским населением, федеральными органами и т.д. На все это нужно было время, которого катастрофически не хватало. В результате было допущено множество ошибок, а также недоработок подготовительного характера, которые должны были быть решены еще в «мирный» период. Через год практически те же самые недостатки дали о себе знать, но уже гораздо ярче и контрастнее, в период ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС.

Авария в бухте Чажма была своего рода предтечей чернобыльской трагедии. Если бы чажминский случай сразу получил верную оценку, если бы его масштабы и последствия не замалчивались, а опыт ликвидации последствий получил обобщение, многих непоправимых ошибок – когда грянул Чернобыль – удалось бы избежать.


Комментарии для элемента не найдены.

Читайте также


Несогласные намерены митинговать еще две недели

Несогласные намерены митинговать еще две недели

Дарья Гармоненко

Активисты утверждают, что собрали уже 30 тысяч подписей против поправок к Конституции

0
1850
Майклу Помпео опять пожаловались на Бидзину Иванишвили

Майклу Помпео опять пожаловались на Бидзину Иванишвили

Юрий Рокс

Группа конгрессменов считает власть Грузии промосковской

0
1326
Донбассу предлагают свободную экономическую зону

Донбассу предлагают свободную экономическую зону

Татьяна Ивженко

Кравчук начинает с предложения компромиссов

0
1630
Лукашенко намекает на уместность торга

Лукашенко намекает на уместность торга

Антон Ходасевич

Российские граждане, возможно, остаются в белорусской тюрьме в качестве заложников

0
8223

Другие новости

Загрузка...