Федор Павлов-Андреевич Это была его мечта, чтобы бесконечный «Берлин. Александерплац» показали целиком. На это не решался ни один телеканал. На Винзаводе покажут. Выставкой видеоарта откроется так называемый зимний музей marka:f:f. Культовый сериал Райнера Вернера Фассбиндера «Берлин. Александерплац» будет представлен в Большом винохранилище. Это будет не кинопоказ, но выставка видеоарта. Откроется она 22 декабря. Там же – подборка лучших в мире титров к художественным фильмам. О Фассбиндере размышляет автор идеи.
***
Может, не все это знают, но в Москве живет целое поколение, выросшее на Фассбиндере. Я к этому поколению принадлежу: будучи подростком, я практически жил в Музее кино (пока его еще не выгнали из Киноцентра), и два раза в год там обязательно показывали ретроспективу Райнера Вернера Марии Фаcсбиндера. (Rainer Werner Maria Fassbinder, или rwmf). Мы называли этого человека целиком, всеми четырьмя именами – мы, то есть люди, для которых его «третье поколение» и сегодня продолжает быть чем-то вроде неосуществленного жизненного манифеста, а интерьерная мода 70-х, замкнутая в гениально бесхитростные сеты кинематографа rwmf, по-прежнему является маяком в пространственном дизайне. Фассбиндер – пока еще не осуществленный культ хипстеров, нового поколения русских интеллектуальных модников. Ему, я уверен, будут поклоняться те, кто пока не видел великого черно-белого «Катцельмахера» (Кatzelmacher, 1969 – в тот период в Западной Германии и происходил бум хипстерства) или, скажем, «Китайскую рулетку» (Chinesisches roulette, 1976) – один из самых виртуозных образцов куртуазного кино второй половины столетия – до сих пор, пожалуй, не превзойденный. Поэтому для людей марки:ff так важно открыть зимний музей именно выставкой Фассбиндера, которая приезжает в Москву на Винзавод вслед за очень успешным показом в берлинском KW, а затем в нью-йоркском MOMA, одном из первых музеев мира. Cериал rwmf «Берлин, Александерплац» придумал сделать очень известный куратор Клаус Бизенбах, основатель берлинской Биеннале и создатель самой мощной в мире коллекции дигитального искусства и перформанса в MOMA (с 1 января Бизенбах назначен директоромп отдельного музея в составе MOMA) – и это он и есть тот самый человек, всеми силами убеждающий мир, что не существует отдельно кино и отдельно видеоарта, а есть экранная культура со всеми ее оттенками.
Как ни странно, «Берлин. Александерплац» – очень своевременная выставка. Сегодня за Фассбиндером идет, не оборачиваясь, добрая половина главных авторов интеллектуального кино (от буквально трактующего rwmf Франсуа Озона до ушедшего далеко вперед Ларса фон Триера). К тому же Фассбиндер – один из самых продуктивных режиссеров в истории кино: за 15 лет своей гиперкарьеры (и сверхжизни, в которой были все наркотики, все извращения и вообще, кажется, все мыслимые пороки человечества – rwmf погиб в 36 лет) он снял 42 фильма, а еще массу всего написал, поставил (в театре) и не доделал. По следам rwmf поставлены оперы и даже построены здания, и, конечно, его месседж человечеству еще только предстоит расшифровать. Со своим «Антитеатром» он опередил эпоху, и его время, кажется, настает именно сейчас, в момент буйного расцвета интердисциплинарности, когда и Мэтью Барни, и Стив Маккуин, и Ширин Нешат уже давно не просто художники, а авторы кинофестивальных блокбастеров (и наоборот, какие-нибудь Питер Гринуэй, Аббас Кьяростами или Мохсен Махмальбаф переезжают со своим теперь уже видеоартом, а не просто кино, из музея в музей). Короче говоря, момент торжественного входа Фассбиндера в contemporary art наступил вовремя. Человек, перепутавший кино и театр, жизнь и кадр, секс и бессмертие, вступает в кипящую хипстерскую Москву конца первого десятилетия двухтысячных, чтобы сказать свои важные слова про любовь и смерть – и эти слова, я уверен, будут услышаны.
