Алина Витухновская Святых равно любить...
Святых равно любить
как глупых.
Любить спасенье
как любить паденье.
Хочу воспеть ту
чувственную скупость,
Что сладостна,
как будто преступленье,
Где преступление –
лишь оттенок несвободы,
Гнилая фарисейская лжероль.
Ты будешь до сих пор
себе угоден
Пока ты делишь бытие
на ноль.
Догвилль – Мордор
Фон Триер
Внутри
Деревенского клипа
Утрировал скверну
Убогой интриги
Какие-то трели
Звучали внутри ее
И плакала липа
Фон Триер
Как Трифонов.
Пакет яровой
пакет яровой
и посадки озимой
бери молодой же
нордический зимний!
там пряник пшеничный
и кнут золотой.
там прячется ницше
улиткой в застой.
беги же бери же
пакет яровой!
ведь вы не рабы же
в грязи, но мисимы.
ведь вы же мессии
в аду нерезиновой.
сиди же, сиди же,
пока молодой.
Кот Мамлеева
Еще
Вспомнился
Мне
Один
Немецкий
Литературный
Дом.
Я там жила
Когда-то.
Туда же
Был
Приглашен Мамлеев,
Но не приехал.
Немцы говорили так –
Он спросил –
Можно приехать с Котом?
Ему ответили –
Нет нельзя.
И он не приехал.
С Котом.
Переулок
Кали-южинский завьюжен
и заснежен
Переулок, обращается
в петлю.
Я субъект – ни с кем
не буду нежен,
Никого я больше не люблю.
Здесь суккуб с лицом
полунимфетки.
По цепи уходит в неолит.
Постмодерн здесь жрет
свои объедки,
И субъект с субъектом
говорит.
Позвоночник
Позвоночник змеи,
ядовитой медузы горгоны
Никогда не сломается,
Не превратится
в пыльцу.
Выдуваю презрения
дрожь из трубы пустоты
Вместо жалких оргазмов
Тупой человечьей агонии,
Ибо мой позвоночник
пристал к человеку,
Как кресла измученный
панцирь
Пристал к мертвецу.
Человечье дрожанье –
Протест против
сумрачной боли,
Что ведет в экзистенцию,
Хуже того, в «красоту».
Если это зовется
Свободою воли,
Я распну себя,
Но не воскресну,
Подобно Христу.
Человек, словно червь,
Безысходно ущербен.
Человека в себе
Мне нисколько не жаль.
За тотальный гешефт
Я бы стал пустоты
хаотичной петлей,
Безысходным кощеем.
А в иной ипостасти,
пожалуй,
Я издревле мертв
И заочно тотально устал.
комментарии(0)