И то и дело

Свеча горела на столе. Готфрид фон Ведиг. Натюрморт со свечой. Лувр

Теперь очередь дошла до нобелевского лауреата. Все знают стихотворение «Зимняя ночь» Бориса Пастернака. Оно стало его визитной карточкой, тем, что в первую очередь приходит в голову, когда произносят «Пастернак». И заслуженно. То, что стихотворение гениально, – трудно сомневаться, вершина пастернаковской лирики и т.п. Все так.

Но без ложки дегтя в бочке с медом не обойтись и тут. Не знаю, как других (и мнение этих «других» меня как раз очень интересует – для самопроверки, не сгущаю ли я краски), но употребление «И то и дело» в последней строфе меня смущает. Напомню, стихотворение заканчивается так:

Мело весь месяц в феврале,

И то и дело

Свеча горела на столе,

Свеча горела.

Слова «свеча горела на столе, свеча горела» проходят рефреном и повторяются четыре раза, начиная с первой строфы.

Но что значит оборот «то и дело»? Это устойчивое словосочетание, обозначающее повторное действие. Например, «в кабинет то и дело входили», или «то и дело раздавались выстрелы». Однако – и это важно отметить, в русском языке «то и дело» означает нечто прерывистое, нелинейное, тогда как «свеча горела» – именно линейное и непрерывное. Хотя словари указывают, что «то и дело» – это синоним «постоянно», «беспрестанно», но есть разница. Если «вода течет постоянно» – это одно; а если «вода течет то и дело» – то это другое. «Постоянно» – это плавно, не сегментированно, открыли шлюз (кран), она и течет. «То и дело» – значит, что вода то есть, то нет; допустим, заткнули утечку, а она снова протекает. Что называется, нюанс.

Вернемся к стихотворению. У Пастернака свеча горит не угасая. И на фоне ее горения (свечения) и происходят ключевые события – метет метель, слетаются хлопья, ложатся тени, падают башмачки и т.д. Поэтому если бы Пастернак завершил стихотворение, например, «Мело весь месяц в феврале, И неизменно (постоянно, беспрерывно и т.д.) Свеча горела на столе», то вопросов к нему не поднималось. Но «то и дело»? Возникает ощущение какой-то суеты – свечку то зажгут, то потушат.

Да, Пастернак хотел выразить понятно какую мысль, но он использовал свой любимый прием – введение разговорного оборота в поэтическую речь («Я помню их наперечет»), и в данном случае немного запутался, ошибся, оказался неточным.

Но вот что еще пришло мне в голову – а если поменять пунктуацию в стихотворении, поставить всего лишь одну-единственную точку и убрать запятую? Получится вот что:

Мело весь месяц в феврале

И то и дело.

Свеча горела на столе,

Свеча горела.

Тут усматривается куда больше смысла – «мести», не прерываясь, весь февраль невозможно, если только не в качестве поэтического преувеличения. Это против всех законов синоптики и метеорологии. А вот мести то и дело в феврале – вполне возможно. Точнее, так. Можно, конечно, сказать, «мело весь месяц в феврале» – это такое вполне допустимое преувеличение. Но если уточнить, что происходило это «то и дело», будет совсем замечательно. (Допускаю, что «весь месяц» и «то и дело», по сути, синонимы, то есть при перестановке получится плеоназм.) Однако возможность поменять пунктуацию почти без потери смысла, но с нюансировкой, говорит сама за себя.

И вот что еще заставляет задуматься. В трех первых упоминаниях свечи им предшествует законченное предложение:

Мело, мело по всей земле

Во все пределы.

Метель лепила на стекле

Кружки и стрелы.

И все терялось в снежной мгле

Седой и белой.

В четвертом случае нет не то что точки, но даже запятой. Могут возразить, что в этом и заключался авторский замысел. Мол, итоговая строфа должна отличаться от предшествующих. Не знаю. Судите сами: «Мело, мело по всей земле Во все пределы.», «Метель лепила на стекле Кружки и стрелы.», «И все терялось в снежной мгле Седой и белой.» и «Мело весь месяц в феврале, И то и дело». К чему тут запятая? А если «Мело весь месяц в феврале И то и дело»? Наверное, даже и плеоназма нет. То и дело в феврале метет – все правильно.

Сравним первую и последнюю строфы: «Мело, мело по всей земле Во все пределы. Свеча горела на столе, Свеча горела» и «Мело весь месяц в феврале, И то и дело Свеча горела на столе, Свеча горела» – какая-то рассогласованность. В трех случаях «Свеча горела на столе, Свеча горела» – самодостаточное законченное предложение, а в четвертом это суетливое «И то и дело».

PS. Автограф стихотворения находится в РГАЛИ, есть еще карандашный, и машинописный текст 1947 года. Я в РГАЛИ не ездил, но в интернете нашел фотокопию автографа. Там рукой Пастернака написано так: «Мело весь месяц в феврале И месяц целый Свеча горела на столе Свеча горела». Без пунктуации. И стоит эта строфа пятой по счету (из восьми), а не в конце. И это тоже важно – значит, изначально для поэта было не принципиально завершать стихотворение февралем, и строфа не какая-то особенная, «итоговая». В интернете пишут: «В обоих автографах и машинописном тексте, а также в редакции стихотворения, подготовленной к публикации в сборнике «Избранное», Пастернак менял отдельные строки и строфы, некоторые строфы – добавлял или, наоборот, изымал». И, кстати, первая строфа в автографе: «Мело, мело по всей земле, Во все пределы.». То есть с запятой после первой строки. Следовательно, редакторы смело додумывали и дописывали за Пастернака, сами проставляли точки и запятые.

Как видим, изначально «И то и дело» не было, а вместо него стояло «И месяц целый». Но подряд два «месяца» некрасиво (точно также «Порывом вьюги из угла Порыв соблазна» поэт заменил на «На свечку дуло из угла, И жар соблазна»), и поэтому Пастернак вводит «И то и дело». Свеча, кстати, могла гореть «месяц целый» – глаз тут ничего не режет, линейно и непрерывно. Но поскольку первый «месяц» убрать он не смог, то пришлось жертвовать точным словом и заменять не вполне удачным «то и дело». И вот уже перед редакторами вопрос: раз Пастернак постоянно все менял, а, во-вторых, не заморачивался с запятыми и точками, – как расставить знаки препинания? История вполне из разряда «казнить нельзя помиловать».

«Месяц целый» было удачнее чем «то и дело». Тут и цельность, и непрерывность, и пресловутая линейность. А «то и дело» – мельтешение туда-сюда. Плюс прилагательное после существительного – не разговорная, а возвышенная поэтическая форма. «То и дело», как мы уже заметили, – форма разговорная. Можно порассуждать еще на две, не связанные с главной, темы. «Весь месяц в феврале» отдает чем-то советским, бюрократическим, отсюда уже один шаг до «сеем в мае месяце», «уборка в августе месяце». «Зимняя ночь» – стихотворение 1946 года. А в другом стихотворении, 1912-го, Пастернак дает совсем иную картину февраля: «Февраль. Достать чернил и плакать! Писать о феврале навзрыд, Пока грохочущая слякоть Весною черною горит». Никаких метелей, оттепель, весна на пороге. Можно выдвинуть гипотезу, что февраль 1912 года – это февраль дореформенного календаря, с запаздыванием почти на две недели, и, по сути, Пастернак рисует картину нынешнего марта.

Не буду больше утомлять читателя. Мой окончательный вывод таков: конечно, в последней строфе после «И то и дело» должна стоять точка. Конечно, и в этой строфе «Свеча горела на столе, свеча горела» – отдельное предложение, как и в предыдущих, не требующее уточнения «то и дело». Более того, «то и дело» нарушает здравый смысл и вообще правила русского языка. Сказать «на столе весь месяц то и дело горела свеча», конечно, можно, но будет звучать коряво, не по-русски, а в случае Пастернака – нарушая торжественный и приподнятый тон всего стихотворения, опошляя, повторяющиеся как метроном, звучащие как заклинание волшебные слова «свеча горела».