Андрей Фонотов Сегодня уже, пожалуй, никто не будет спорить с тем, что ключевую роль в наращивании и поддержании системы факторов экономико-социального развития играют фундаментальные исследования, прикладные разработки, механизмы вовлечения в хозяйственный оборот результатов НИОКР. В совокупности все три указанные составляющие образуют инновационную систему современного общества. Государства, обладающие развитыми инновационными системами, получают универсальный ресурс для экономической, промышленной, политической и любой другой экспансии на мировой арене, усиления своих геостратегических позиций.
28 июня 2000 года правительство РФ одобрило документ под названием "Основные направления социально-экономической политики правительства РФ на долгосрочную перспективу". Среди основных задач, которые ставило перед собой правительство РФ, были налоговая, бюджетная, пенсионная, банковская, таможенная реформы, введение новых Земельного кодекса и трудового законодательства, развитие финансовых рынков, реализация необходимых мер для вступления в ВТО. Успех экономических преобразований зависел от реализации системы политических мероприятий, судебной реформы и реформы системы государственного управления.
Совершенно очевидно, что если осуществляемые сегодня реформы означают начало движения в указанном направлении, то они должны исходить из всего того положительного, что достигнуто в этой сфере за предыдущие десять лет преобразований, опираться на эти результаты как на исходный пункт в движении по пути реформ, развивать и совершенствовать с таким трудом наработанные механизмы и инструменты инновационной деятельности.
Что же происходит на практике? Казалось бы, что тот рост ВВП, который наблюдался с конца 1998 года на протяжении почти сорока месяцев, говорит лучше всяких слов о политике правительства. Однако на вопрос, что это, подарок судьбы или результат осмысленной стратегии, аналитики однозначно указывают на удачную конъюнктуру и стечение обстоятельств как на главные причины экономических достижений. Как бы ни ласкали слух громогласно провозглашенные успехи, будет нелишним напомнить, что это отдельные успехи на фоне сложных и масштабных проблем. И главная из них состоит в том, что нам не удалось добиться приемлемого качества роста. Несмотря на то что мы добились значительного прогресса в развитии ряда новейших отраслей и производств (так, в электронной промышленности рост производства составил в 1999 г. - 46%, а в 2000 г. - 37,7%; в отраслях телекоммуникаций и связи в 1999 г. по отношению к 1992 г. увеличилась соответственно протяженность междугородных телефонных каналов - в 3,3 раза, доля протяженности цифровых каналов в общей протяженности междугородных телефонных каналов - в 46 раз, число сотовых телефонов у населения возросло в 236 раз и т.д.), их вклад в совокупные выпуски не отвечает существующим потребностям.
Положительная динамика экономики обусловлена в основном не наращиванием выпусков продукции в новейших наукоемких производствах, а в результате роста производства в традиционных отраслях промышленности, составивших основу первичной индустриализации еще в первой половине прошлого века.
Какие возможности экономического роста открываются на путях использования современных наукоемких инноваций, показывает зарубежный опыт. Ирландия в 90-е годы в течение четырех лет удвоила свой ВВП за счет стимулирования развития информационных технологий. Этот же, казалось бы, уникальный рекорд повторила в 1998-2001 годах Венгрия. Мы, конечно, не Венгрия, которая обладала еще не так давно советской моделью инновационного комплекса. И уж, конечно, не Ирландия. Но только в том смысле, что мы свои преимущества растрачиваем, а они наращивают. Мы боимся, не умеем или не хотим применять действительно современные модели роста, обладая для этого несопоставимо большими возможностями, чем упомянутые две страны.
В этом смысле настоящая структурная перестройка народного хозяйства у нас до сих пор не началась, а политика правительства не дает ответа, за счет чего и когда у нас могут заработать хоть какие-то реальные импульсы к решительному обновлению производственного аппарата на базе наукоемких и высокотехнологичных технологий и реальным качественным сдвигам в структуре общественного производства.
Пока же у нас производительность труда, ресурсоемкость продукции, ее качество - в разы, а порой и на порядок хуже, чем у зарубежных конкурентов, структура общественного производства у нас архаична, производственные фонды физически изношены и морально устарели. В то же время норма накопления у нас составляет всего 17%, хотя при наличии таких проблем необходимо иметь как минимум в два раза больше.
Переходя от этой проблемы к более сложной, необходимо указать на то, что формы для институциональной и организационной поддержки инновационной сферы и ее важнейшей составляющей - наукоемких и высокотехнологичных отраслей и производств - у нас находятся на примитивном уровне. В развитых странах на решение задач в инновационной сфере направлена деятельность целого ряда государственных агентств, правительственных и независимых фондов, специализированных региональных учреждений и многочисленных частных организаций. Например, в Германии при администрации каждой из земель существует целая сеть организаций, самостоятельно или при поддержке федеральных властей реализующих программы поддержки инновационных бизнес-предприятий. И подобные структуры действуют не только на национальном уровне, но и в составе всех ведущих международных правительственных и неправительственных организаций, ставящих перед собой задачи обеспечения экономического роста и устойчивого развития на глобальном и региональном уровнях.
На этом впечатляющем фоне, когда мы давно уже не говорим о соперничестве с развитыми странами, выбрав для себя более скромный идеал из стран второго-третьего ряда, вроде Турции или Португалии, до которых при ближайшем сопоставлении нам тоже еще тянуться и тянуться, программа реформ российского правительства в инновационной сфере, амбициозность которой простительна только для коматозного сознания, может быть сформулирована словами старинной нашей песни: "Эх, родимая, сама пойдет!"
