Ефим Малитиков Этим летом в штаб-квартире ООН в Нью-Йорке на пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН по проблеме информационных и коммуникационных технологий для развития была объявлена очередная "война безразличию", а именно - преодолению "цифровой" пропасти, существующей между развитыми странами и остальными.
В "остальные", составляющие, по мнению генсека ООН Кофи Аннана, две трети стран мира, записана и Россия.
Понятия "цифровая" пропасть" и "разрыв знаний" были введены в 1998 году на конференции Международного союза электросвязи. Основанная на знаниях глобальная экономика - это более 80% основных средств производства, сосредоточенных в интеллектуальном секторе. По данным Мирового банка, не более 16% ВВП таких экономически полярных стран, как США и Малагасийская Республика (Мадагаскар), формируется промышленной производственной компонентой. Остальное - человеческие ресурсы, где и происходит разрыв, позволяющий США лидировать в мире, а малагасийцам плестись в хвосте второй сотни экономик мира.
Подобно тому, как наши предки-обезьяны вооружились палками и стали Homo Sapiens, сегодняшние яппи вооружились ноутбуками и оптоволоконной связью, доказывая торжество нового эволюционного пути финансовыми показателями и ростом производительности труда. Так, в результате естественного отбора, стартовавшего под воздействием ИКТ-революции, большая часть населения Земли оказалась отрезанной от средств производства XXI века.
Причина в том, что сегодня в мире 880 млн. взрослых не умеют даже писать и читать. Знания еще 4,5 млрд. человек ограничиваются средним образованием, полученным в те времена, когда слово "интернет" даже не входило в глоссарии.
Именно эти люди - взрослое население старше 25-30 лет - сегодня составляют условно-активную часть мирового общества. "Условно" потому, что без доступа к ИКТ, работая на морально и физически устаревших производствах, они в большинстве своем живут менее чем на 2 доллара в сутки.
Вклад делового сообщества позволил использовать спутниковые технологии - транслировать для 145 тыс. учащихся образовательные программы в интерактивном режиме через телепорт низкоорбитального спутника. Вклад 2,5 тыс. НПО из сети ООН/НПО/ИРЕН и 372 учебных центров, созданного под эгидой комитета современного Гуманитарного университета, - прием и адаптация информации со спутника для локальных пользователей.
В результате не только в СНГ, но и в мире деятельность комитета воспринимается многими как бег впереди паровоза. Однако изначально заданный алгоритм этого бега - объединение усилий государств, общественности и бизнеса - уже сегодня позволяет взрослому населению постсоветского пространства получить знания, необходимые для реальной интеграции в мировое разделение высококвалифицированного труда.
А к чему приводит разделение усилий, видно на примере борьбы с "цифровым" разрывом в отдельно взятой России. Программа "Электронная Россия" началась с закупки компьютерной техники. Сегодня в большинстве школ она пылится под замками - на ней некому работать. Там, где "федеральные компьютеры" все же заработали, по данным института "Открытое общество", выявлена парадоксальная тенденция: ученики в течение нескольких месяцев превосходят своих учителей в компьютерной грамотности. А дальше процесс их обучения консервируется. До тех пор, пока уровень жизни семьи не позволит приобрести персональный компьютер, подключить его к интернету и заняться самообразованием.
Почему в жестко последовательной цепочке "непрерывность образования взрослых - производительность труда - уровень жизни - качество образования детей" выбор российских чиновников пал на последнее звено, понять несложно. Ментальные сдвиги, которых требуют интеграционные процессы глобализации, происходят не сразу и не со всеми. И пока они не произошли, одни страны будут продолжать висеть над "цифровой" пропастью, а другие ломать копья на международных саммитах и ассамблеях ООН, споря о том, кто первым должен протянуть руку финансовой и технологической помощи.
