Три думские партии решили твердо выступать за дам

Российские женщины обеспечивают результаты выборов с обеих сторон электорального процесса. Фото агентства «Москва»

«Новые люди» провели в Госдуме круглый стол «Голос женщины в законе» о гендерных различиях в условиях труда и зарплатах. Ранее о проблемах прекрасного пола также высказались ЛДПР и «Справедливая Россия». Если «Новые люди» и СР уже обладают поддержкой у женского электората, то «мужская» партия ЛДПР в год выборов нуждается в подкреплении. А у самой «дамской» политсилы страны – «Единой России» как раз переизбыток избирателей, которыми она может «поделиться» со всеми сателлитами. 

На круглом столе «Новых людей» прозвучало предложение ввести нормы, запрещающие дискриминацию в трудовой сфере в том числе и по полу. Это должно не только выровнять ситуацию с правом женщин на одинаковую оплату и доступ к профессиям наравне с мужчинами, но и послужить сокращению кадрового дефицита в стране.

На мероприятии 16 марта также обсудили отношение к женщинам в медицинской сфере, особенно когда это касается репродуктивного здоровья. «Новые люди» при этом требуют особой защиты женщин при разводах, а тем более, когда у них на руках остаются малолетние дети. Как раз несколько ранее СР провела Всероссийский форум молодых мам (см. «НГ» от 10.03.26), а ЛДПР озаботилась тяжелым положением женщин в контексте алиментов, пособий и реализации различных социальных гарантий. На партийном сайте появилась и публикация «Молодая мама и ЛДПР: как личное обращение стало частью партийной стратегии».

С одной стороны, понятно, что в марте партии проявляют заботу о прекрасном поле во многом в связи с праздником 8 Марта. Однако в этом году одним Международным женским днем, как видно, решили не ограничиваться, видимо, потому, что просто женщины теперь превратились в будущий потенциальный электорат. Например, та же ЛДПР 12 марта провела выездное заседание своей думской фракции под названием «Сама за себя: выживание как женское искусство». Там прозвучали заявления, прежде не присущие этой «мужской» партии: дескать, подход к женщинам как к «инструменту преодоления демографического кризиса» – это позор, необходимо, мол, «прекращать требовать от женщин рожать любой ценой».

«Новые люди», которые защищают права женщин чаще всего с позиции современного понимания гендерного равенства, не удержались от замечаний в адрес ЛДПР, скажем, о том, что еще недавно та вроде как требовала вообще запретить аборты. И предложили, что если такое переосмысление принципиальное, поддержать законопроект «Новых людей», который запрещает медучреждениям отказывать в соответствующей врачебной помощи. Напомним, что сама эта партия модернистского городского электората также добивается принятия закона против «домашнего насилия». Кстати, и эсэры давно занимаются разнообразной женской повесткой, а также не отказываются от нее ни КПРФ, ни ЕР.

Тут имеет большое значение гендерный расклад среди избирателей той или иной партии, который, конечно, в какой-то момент может колебаться в определенную сторону, но кардинально не меняется на протяжении уже многих лет и электоральных циклов. Периодически социологи выкладывают обновленные данные, которых, скажем, в этом году еще вроде бы не было. Однако «НГ» разыскала, к примеру, результаты соцопроса компании «Russian Field», проведенного в конце прошлого года.

Структура электората ЕР оказалась такая – 25,8% поддержки от мужчин, 40,3% – от женщин. За КПРФ готовы были голосовать 13,3% мужчин и 6,1% женщин, а за ЛДПР соответственно 10,3% и 6,5%. У СР поддержка стала примерно равная: 4,8% от мужчин и 4,5% от женщин, то есть у партии была замечена нехватка самого многочисленного и наиболее дисциплинированного электората. В отличие от «Новых людей», у которых с этим все хорошо: «мужские» 6% против «женских» 9,6%. А в 2023 году Центр исследований политической культуры России фиксировал: поддержать ЕР готовы 40–41% представительниц прекрасного пола, среди представителей сильного пола – 29%. КПРФ, которая тогда была партией преимущественно «мужской» (18% на 11%), ею, как видно, и остается. Электоральная поддержка ЛДПР с началом СВО на какое-то время сместилась к середине – 9% мужчин и 10% женщин. За эсэров же в тот год были готовы голосовать 4% и мужчин, и женщин. И как раз тогда «Новые люди» стали превращаться в «женскую» партию, получив 5% поддержки против 4%.

Конечно, нет сомнений, что в течение этого года КПРФ обратится к женской тематике, тем более что ее представительница возглавляет профильный комитет Госдумы. Между тем ЛДПР и «Новым людям», как известно, поставлена задача подвинуть коммунистов с их нынешних электоральных позиций, СР также будет поджимать соперников по левому флангу. Так что вполне закономерно, что данные три партии крепко взялись за прекрасных дам, но есть вопрос: не пострадает ли от этого главная «женская» политсила? Впрочем, скорее всего представление о возможном ослаблении ЕР – это не более чем поверхностный взгляд. У нее за последние годы должен был появиться новый мужской электорат – например, все те избиратели, которые в условиях СВО сплотились вокруг власти. Судя по всему, соответствующие социсследования это показывают, а потому за дефицитные электоральные ниши не будет настоящего соревнования, скорее произойдет их перераспределение между партией власти и ее сателлитами.

И все три разные стратегии будут выглядеть логичными. Для СР работа с женской и социальной повесткой выглядит органично, это продолжение линии на «справедливость». Для «Новых людей» это будет последовательное продолжение антирепрессивной и антизапретительной повестки. Для ЛДПР фокус на гендерном вопросе, наверное, будет выглядеть наиболее искусственно, однако главное, что таковой будет сделан. Поскольку все эти игры в распределение электората имеют целью получить убедительные объяснения тому, почему авторитет той или иной партии усилился или упал. ЕР же сейчас прибрала себе и весь административно зависимый электорат, и часть консервативного большинства.

Руководитель Центра развития региональной политики Илья Гращенков пояснил «НГ»: «Борьба идет не столько за абстрактных женщин, сколько за образ «нормальной партии» в глазах уставшего общества. Женский электорат здесь особенно важен потому, что он лучше считывает фальшь, хуже реагирует на казенную агрессию и гораздо чувствительнее к темам повседневной безопасности – от алиментов и домашнего насилия до медицины, занятости и уважения к личному выбору». В этом смысле, по его мнению, ЛДПР оказывается в наиболее уязвимом положении: прежняя репутация «партии гаражных мужиков» слишком хорошо помнится, «интернет в отличие от аппаратных стратегов редко забывает вчерашние речи». Гращенков подтвердил «НГ», что «для политадминистраторов женский электорат действительно может стать удобным объяснением, почему одной или нескольким партиям удалось «подтянуть» результат в зоне второго-четвертого места». Но это не потому, что кто-то всерьез собирается отбирать у ЕР ее базу, а лишь потому, что нужен правдоподобный сюжет электоральной динамики. «Женская повестка тут удобна: она социально легитимна, менее токсична, чем фронтовая или ультрапатриотическая конкуренция, и позволяет показать «обновление» партий без смены самой системы. Это хороший ресурс именно для борьбы за расстановку мест внутри разрешенной оппозиционной части поля», – подчеркнул он. Но опять же, по словам Гращенкова, наиболее рискованные перспективы у ЛДПР: «Возможно получение обратного эффекта, вследствие того, что вчера партия требовала одного, а сегодня говорит противоположное. Тем самым она не столько завоюет сердца избирательниц, сколько напомнит всем об отсутствии собственного стержня».