Екатерина Трифонова
Адвокатское сообщество представило ведомству примеры абсурдного правоприменения. Фото РИА Новости
В Минюсте обсудили необходимость пересмотра порогов крупного и особо крупного ущерба в уголовном законодательстве. Нормы 20-летней давности не соответствуют финансово-экономической реальности, но продолжают продуцировать дела и приговоры вплоть до перегибов на местах. Например, даже не самый дорогой подарок могут квалифицировать как коррупционную схему.
Для обсуждения мер по дальнейшей актуализации Уголовного кодекса (УК) на совещание в Минюсте пригласили представителей Верховного суда РФ, правоохранительных и других госорганов, Федеральной палаты адвокатов (ФПА) РФ. Обсужден ряд направлений возможной законодательной работы. Наиболее острым стал вопрос о пересмотре минимальных порогов ущерба, квалифицируемого как «крупный» и «особо крупный» в делах о преступлениях против собственности и о коррупции.
Соответствующие суммы были установлены в УК два десятилетия назад – и в связи с этим теперь есть вопрос о реальной общественной опасности таких деяний. Но пока ответа на него нет, продолжаются перекосы в правоприменении. Какие-то явно бытовые ситуации оборачиваются уголовным преследованием, а иногда и реальным сроком из-за какого-нибудь подарка. Как шутят в юридической среде, скоро, судя по всему, и за коробку конфет будут судить.
Тревогу юристов вызывает и дисбаланс в оценке общественной опасности различных преступлений. В качестве иллюстрации проблемы можно привести ч. 5 ст. 290 УК: за взятку свыше 150 тыс. руб. предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок от 7 до 12 лет. В то же время наказание за убийство (в зависимости от обстоятельств) варьируется от 6 до 15 лет лишения свободы. «В своем выступлении я поставил вопрос о необходимости повысить нижние значения крупного и особо крупного размеров по преступлениям против собственности, а также коррупционным составам», – сообщил «НГ» вице-президент ФПА Нвер Гаспарян.
Он напомнил, что, когда в 2003 году для этого определили, скажем, 1 млн руб., на тот момент, по данным Росстата, средняя зарплата составляла 5,5 тыс. руб. Однокомнатная квартира в Москве стоила примерно тот же миллион. Но теперь средняя зарплата – это около 100 тыс. руб., а цена столичной однушки начинается с 10 млн руб. То есть крупный и особо крупный размеры давно стали «так называемыми». При этом если для сравнения, то в СССР особо крупный размер хищения равнялся 10 тыс. руб. при средней месячной зарплате в 100 руб., или превышал ее в 100 раз, тогда как сейчас – лишь в 10 раз.
Это приводит к тому, подчеркнул Гаспарян, что людей осуждают, к примеру, за мошенничество с хищением, скажем, 1,5 млн руб., то есть в особо крупном размере, к наказанию до 10 лет. В отсутствие данного квалифицирующего признака дела рассматривались бы по более мягким частям ст. 159 УК, в которых указано до 5–6 лет лишения свободы. «Не должно быть никаких сомнений, что УК должен соответствовать произошедшим в стране экономическим изменениям», – подчеркнул он.
Как сказал «НГ» управляющий партнер адвокатского бюро «Шлабович, Татарович и партнеры» Игорь Татарович, практически все хищения в сфере госконтрактов, в том числе и незначительные, уже давно квалифицируются как тяжкие преступления. А большинство взяток по определению являются особо тяжкими (крупными или особо крупными). Это, заметил адвокат, с одной стороны, не позволяет дифференцировать ответственность тех лиц, которые совершили хищение или получили (дали) взятки на многие миллионы, а иногда и миллиарды, и тех, кто по факту совершил незначительные преступления. А с другой стороны, невозможность такой дифференциации существенно, но необоснованно увеличивает число тех, кого сначала поместили под стражу, а затем и лишили свободы на большой срок.
При этом, подчеркнул Татарович, в уголовном праве налицо существенное противоречие: суммы крупного и особо крупного размеров по другим экономическим составам, например налоговым, таможенным преступлениям, деяниям, связанным с нарушением антимонопольного законодательства, авторских и патентных прав, уже давно выше не просто в разы, а кратно соответствующим суммам при хищениях и взятках. «Подобная ситуация нарушает основополагающие правовые принципы равенства всех перед законом и справедливости. Поэтому она, безусловно, требует исправления», – заявил «НГ» адвокат.
Говоря о необходимых изменениях в УК, адвокат Овагим Арутюнян привел наглядный пример: состав преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 158 УК «Кража, совершенная с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств», безосновательно отнесен к категории тяжких. При этом без ограничений по сумме похищенного. Однако мошенничество с использованием электронных средств платежа отнесено к категории небольшой тяжести, а оно же, совершенное группой лиц по предварительному сговору, а равно с причинением значительного ущерба гражданину – к категории средней. По его мнению, более логично было бы отнести именно кражу с банковского счета к тяжким преступлениям, при условии, конечно, что украдена крупная сумма.
Собеседник «НГ» в правоохранительных органах пояснил: «Идея «индексации» сумм денежных средств, влияющих на квалификацию тяжести преступлений коррупционной направленности, интересна и заслуживает внимания». Скажем, в настоящее время уголовная ответственность по ст. 290 УК («Получение взятки») наступает при незаконном вознаграждении от 10 тыс. руб. С учетом нынешних цен крайне маловероятно, что должностное лицо любого уровня сознательно пойдет на нарушение закона ради такой суммы. Но возникают риски квалификации по указанной статье подарков на праздники, которые могут быть расценены как «взятка за общее покровительство». «Увеличение входного порога позволит сфокусироваться на действительно общественно опасных деяниях, а не вести охоту на ведьм», – подчеркнул он. И напомнил, что в 2024 году уже были увеличены суммы ущерба, учитываемые при привлечении к уголовной ответственности по экономическим составам.
