Российская Фемида не знает малозначительных преступлений

Судейское усмотрение должно опираться на разумное соотнесение формальных правовых норм и конкретных обстоятельств. Фото Виктора Бартенева/PhotoXPress.ru

Суды обязаны оценивать общественную опасность деяния содержательно, а не по набору формальных признаков – эту позицию ВС подтверждает не в первый раз. В очередном определении ВС опять дал ясный сигнал: институт малозначительности преступлений должен применяться активнее.

Очередным поводом напомнить о соответствующей норме закона стало дошедшее до ВС дело кировского бизнесмена, оштрафованного на 80 тыс. руб. за рубку четырех деревьев, не указанных в лесной декларации. И ВС напомнил, что даже квалифицирующие признаки состава преступления не исключают характера его малозначительности. Однако нижестоящие суды проигнорировали возможность не выносить обвинительного приговора. «Наказание должно быть справедливым и соразмерным реальному вреду, а не просто формально соответствовать составу преступления», – указал ВС по данному поводу. Не были учтены ни незначительный размер ущерба – чуть более 6 тыс. руб., ни тот факт, что проводилась плановая сплошная вырубка, ни положительные характеристики личности обвиняемого.

«Механически» наступившая уголовная ответственность и судимость предпринимателя были признаны несправедливыми, дело прекращено за отсутствием состава преступления, за гражданином было признано право на реабилитацию. Юристы, опрошенные «НГ», сошлись во мнении, что решение ВС – это не столько частный случай, сколько сигнал нижестоящим судам. Институт малозначительности преступлений формально давно прописан в Уголовном кодексе (УК), но используется куда реже, чем это задумывалось. Как пояснил «НГ» управляющий партнер AVG Legal Алексей Гавришев, проблема в устоявшейся практике: следствие и суд зациклены на формальном поиске состава преступления. Как только все нужные признаки обнаружены, дальнейшее обсуждение общественной опасности деяния зачастую уходит на второй план.

«Но малозначительность как раз для того и нужна, чтобы отделить реально опасные преступления от ситуаций, когда закон нарушен формально и существенного вреда нет», – напомнил Гавришев. Это и ряд других решений ВС за последние месяцы он рассматривает как попытку скорректировать сложившийся обвинительный уклон, напомнить, что уголовное право – это скорее крайняя мера, а «не автомат», срабатывающий незамедлительно. Впрочем, по мнению адвоката, рассчитывать на быстрые перемены не стоит. Прекращение уголовного дела по малозначительности останется скорее исключением, чем правилом, пока судьи будут опасаться отмены своих решений вышестоящими инстанциями, а следственные органы по-прежнему будут ориентированы на обязательное доказывание наличия состава преступления.

Также пока малозначительность остается оценочной категорией, то все зависит от конкретного судьи и его усмотрения. Именно поэтому похожие дела в разных регионах нередко заканчиваются по-разному. Однако если ВС продолжит последовательно формировать практику и регулярно публиковать такие позиции, то подходы внизу постепенно начнут меняться, надеется Гавришев. Но еще лучше, если для активации института малозначительности применят не точечные сигналы, а детальные разъяснения, например, о том, какие именно обстоятельства говорят об отсутствии существенной общественной опасности.

По мнению партнера коллегии адвокатов Pen & Paper Алены Гришковой, определение ВС представляет собой не текущую отмену рядового приговора, а принципиальное разъяснение о пределах применения уголовного закона. Высшая инстанция недвусмысленно указала, что ч. 2 ст. 14 УК РФ является действующим инструментом разграничения преступного и непреступного, а не резервной нормой для исключительных обстоятельств. Ущерб в 6,3 тыс. руб. при пороге в 5 тыс., положительная характеристика, отсутствие судимостей и административных взысканий, двое малолетних детей – вся совокупность этих обстоятельств была последовательно проигнорирована судами трех инстанций. Такое единодушие, подчеркивает Гришкова, говорит не об ошибках отдельных правоприменителей, а о системном уклоне всей судебной практики.

И данное решение ВС, подтвердила «НГ» Гришкова, вписывается в прослеживаемую тенденцию последнего времени: так, например, в мае прошлого года этот суд прекратил уголовное дело о незаконной ловле рыбы – притом что фактического улова не было. Сославшись именно на малозначительность деяния и указав, что наличие квалифицирующих признаков не мешает применять ч. 2 ст. 14 УК, в чем прослеживается четкая позиция высшей инстанции, которая последовательно приучает суды оценивать общественную опасность не по формальным признакам, а по существу. Однако, напомнила Гришкова, в нынешних условиях работу судьи оценивают больше по тому, насколько «стабильны» его решения. Прекратить дело по реабилитирующим основаниям – это процессуальный риск, а вынести обвинительный приговор с минимальным наказанием – приемлемый компромисс.

По словам Гришковой, для того чтобы переломить сложившуюся практику, необходимо отдельное постановление пленума ВС с развернутыми критериями применения ч. 2 ст. 14 УК. Там стоит прописать различные подходы в зависимости от характера последствий, субъективной стороны и других обстоятельств. Отдельного внимания заслуживает и идея ввести процессуальную обязанность суда мотивировать отказ от применения малозначительности в тех случаях, когда ущерб приближается к нижнему порогу. Это создало бы реальный стимул для содержательного рассмотрения таких дел – в отличие от нынешней практики, когда суд вправе попросту не замечать этого вопроса.

Советник юридической фирмы «ЮСТ» Игорь Пастухов, в свою очередь, обратил внимание «НГ» на то, что в актах ВС указания на необходимость применять малозначительность встречаются не так уж и редко. Подобные разъяснения можно найти и в кассационных определениях, и в постановлениях пленума – скажем, по делам о мошенничестве или о преступлениях, связанных с подделкой документов. Высший суд не раз подчеркивал, что судьи обязаны обсуждать возможность прекращения дела за малозначительностью, если обстоятельства это позволяют. Нынешнее определение, подчеркнул Пастухов, полезно уточнением, что даже наличие квалифицирующих признаков состава преступления, которые обычно указывают на большую опасность содеянного, не должно быть препятствием для решений о признании деяния малозначительным. Судам было указано: «Любой квалифицирующий признак преступления является производным от самого общественно опасного деяния. Соответственно если деяние не является общественно опасным, сам по себе способ его совершения не имеет правового значения и не может расцениваться как препятствие для прекращения уголовного дела в связи с малозначительностью содеянного». Поэтому, считает Пастухов, и нет необходимости менять УК, достаточно будет и того, чтобы суды всегда ориентировались при рассмотрении дел на позицию ВС, а сами участники процесса принимали все меры для реализации этой позиции судами.