«Комитет по запретам» начал работу

Депутат-единоросс Юрий Петров во главе новой контролирующей инстанции рассмотрит 122 инициативы. Фото с сайта www.duma.gov.ru

В понедельник в Госдуме девятого созыва начал работу вновь созданный комитет по уголовному и административному законодательству, который возглавил депутат от «Единой России» Юрий Петров; на рассмотрении уже 122 законопроекта. Комитет рассматривает, по сути, поправки только в два основных кодекса – Уголовный кодекс РФ (УК) и Кодекс административных правонарушений (КоАП). Эксперты отмечают: новый комитет станет своего рода индикатором того, в какую сторону развивается российская правовая политика.

В понедельник, 12 октября, в Госдуме прошло первое заседание комитета по уголовному и административному законодательству, появившегося в Госдуме только в девятом созыве. Комитет сразу же стал лидером по количеству законопроектов, по которым он является ответственным, – 122. Всего в Госдуме находится 1177 инициатив, и четверть из них сосредоточена в трех комитетах. 

На втором месте – комитет по труду и социальной политике (119), на третьем – по конституционному, гражданскому законодательству и судоустройству (97).

Комитет-лидер, несмотря на большое количество документов, рассматривает, по сути, поправки только в два основных кодекса – УК и КоАП. С точки зрения регламента у депутатов задача отправлять законопроекты на оценку. Ведь к подобным инициативам всегда нужно прикладывать позицию правительства и (или) Верховного суда (ВС). Поэтому отклонять многочисленные оппозиционные законопроекты можно будет, сославшись на отсутствие заключения правительства (или ВС) или на отрицательный отзыв. То есть, если у инициативы (КПРФ, ЛДПР, СР или «Новых людей») нет положительного отзыва, комитет юридически обязан рекомендовать его к отклонению еще до вынесения на чтение.

Возглавил комитет Юрий Петров (ЕР) – опытный юрист, родившийся в Ленинграде в 1947 году и окончивший юридический факультет Ленинградского государственного университета (как и президент Владимир Путин).

Примечательно, что в соцсетях новый орган сразу получил неофициальное название «комитет по запретам». Изначально создание комитета по уголовному и административному законодательству во главе с Юрием Петровым на первом заседании девятого созыва 30 сентября стало результатом разделения комитета по госстроительству и законодательству Павла Крашенинникова. Создание отдельного комитета объясняют следствием возросшей нагрузки на комитет по государственному строительству и законодательству, который был одним из самых загруженных.

Поэтому выделение уголовного и административного блоков в обособленный орган продиктовано двумя причинами. Первая – разгрузка «суперкомитета». Ранее комитет по госстроительству отвечал за колоссальный массив кодексов, а также за конституционное право и суды. Поток правок в них физически парализовал работу ведомства. Вторая причина – оптимизация «законодательного конвейера»: внутренние «проверки» (правовое управление, отзывы правительства и Верховного суда) – это лишь внешняя экспертиза. Но именно профильный комитет решает, какому проекту дать ход, какой объединить с аналогичным, а какой – отложить под сукно.

Наличие 122 документов на старте показывает, что власти потребовался специализированный «цех», работающий исключительно с силовым и охранительным регулированием, не отвлекаясь на сложные гражданско-правовые материи. Ведь уголовное и административное законодательство становится все более важным инструментом государственной политики, и вполне естественно, что этому направлению решили придать самостоятельный статус.

Эксперты пояснили «НГ», стоит ли ожидать от комитета действительно потока запретительных и охранительных инициатив, аккумулированных в новом комитете, и чего ожидать от результатов его работы. А также перспективы партийных инициатив оппозиции в лице КПРФ, «Новых людей» (НЛ), ЛДПР и «Справедливой России» (СР), которые скорее всего будут потоком отклонять.

Генеральный директор Центра политической информации Алексей Мухин пояснил «НГ»: «Специализация на «запретах» нового комитета – оформившиеся страхи нашей пугливой оппозиции. На самом деле члены комитета будут как раз специализироваться на регулировании и администрировании профильного законодательства, чтобы избежать приступов популизма, которые периодически испытывают оппозиционные партии. Если удастся наладить плодотворную работу, то гражданское общество будет довольно».

По мнению эксперта, то, что сразу появилось много законопроектов, как раз не удивительно. В конце восьмого созыва рассмотрение откладывали уже на следующий созыв, и столько инициатив накопилось на настоящий момент. Мухин отметил, что обилие  законопроектов подчеркивает актуальность создания отдельного комитета. При этом политолог считает, что вряд ли деятельность этого комитета будет сильно ограничивать инициативы других партий кроме ЕР: «Депутаты чувствительно относятся к таким вещам, и недовольства не избежать».

Глава Политической экспертной группы Константин Калачев пояснил «НГ»: «Теперь Гражданский кодекс (ГК), Конституцию и судоустройство оставили Крашенинникову, а  репрессивный и карательный блоки передали Юрию Петрову. К концу года и в пятилетней перспективе нас ждут некоторые новации. Во-первых, кодификация «с колес»: УК и КоАП продолжат оперативно донастраиваться под любые изменения геополитической и внутренней повестки. Скорость прохождения репрессивных инициатив заметно вырастет, так как комитету больше не нужно увязывать их графики рассмотрения с гражданскими реформами. Во-вторых, точечное ситуативное ужесточение: наличие большого числа мелких правок от разных субъектов (депутатов, сенаторов, регионов) может привести к фрагментации законодательства. Кодексы будут дополняться новыми примечаниями, квалифицирующими признаками и спецсоставами. В итоге появление этого органа институционализирует тренд на охранительное регулирование».

По мнению эксперта, работа отдельного комитета позволит аккумулировать отдельные инициативы: проекты, которые раньше могли затеряться или долго обсуждаться из-за системных возражений цивилистов, теперь будут централизованно проходить через комитет по уголовному и административному законодательству.

Естественно, будет вновь востребована практика внесения «общедумских» проектов. Как это бывало в предыдущих созывах, резонансные запретительные инициативы чаще всего будут вноситься консолидированно – лидерами всех фракций или ключевыми единороссами, чтобы продемонстрировать политический консенсус. Роль комитета Петрова – оперативно оформлять эти политические решения в строгие юридические формулировки.

Что касается инициатив оппозиции, то Калачев пояснил, что механизм фильтрации инициатив оппозиции утроен тонко. «Даже если инициатива оппозиции признается полезной или социально одобряемой, то чаще проект оппозиции либо отклоняется по формальным причинам, либо замораживается, а вместо него вносится аналогичный проект от «Единой России» или группы сенаторов, который комитет оперативно одобряет. Чтобы Дума не выглядела тотально заблокированной для меньшинства, комитет будет периодически пропускать незначительные технические или деполитизированные поправки от ЛДПР, КПРФ или СР, не меняющие общую концепцию государственной политики», – считает Калачев.

Руководитель Центра развития региональной политики Илья Гращенков пояснил «НГ», что не стоит искать в создании нового комитета исключительно политическую подоплеку: «Речь идет не столько об усилении контроля над обществом, сколько о повышении управляемости законодательного процесса. Здесь не стоит придавать слишком большое значение самой статистике. Новый комитет получил в наследство значительный объем законодательной работы, которой раньше занимался комитет по госстроительству. Поэтому его лидерство вполне объяснимо. При этом нагрузка скорее всего будет только расти».

Эксперт напомнил, что уголовный и административный кодексы постоянно требуют корректировки, поскольку меняются экономические условия, появляются новые технологии и общественные отношения. «Другой вопрос, в каком направлении пойдет эта работа. Хотелось бы, чтобы депутаты занимались не только введением новых наказаний и штрафов, но и пересмотром уже существующих ограничений. Ведь качество законодательства определяется не количеством принятых поправок, а тем, насколько разумно и справедливо оно работает», – отметил он.

Между тем Гращенков не уверен, что новый орган станет «комитетом по запретам»: «Любое государство нуждается в механизмах защиты общественного порядка. Другое дело, что в последние годы действительно усилилась тенденция решать различные общественные проблемы через введение новых ограничений, штрафов и наказаний. Поэтому определенный поток подобных инициатив, безусловно, сохранится. Особенно со стороны исполнительной власти и парламентского большинства. Однако у нового комитета появляется возможность не просто согласовывать ужесточение законодательства, но и оценивать его соразмерность, стать дополнительным профессиональным фильтром для избыточных запретительных инициатив.

В конечном счете новый комитет станет своего рода индикатором того, в какую сторону развивается российская правовая политика. Будет ли государство преимущественно расширять систему наказаний или постепенно переходить к более точному и сбалансированному регулированию.