Социологи возвращают думские партии на исходные позиции

Итоги выборов лидеры партий разобрали вместе с президентом РФ. Фото Сергея Бобылева/РИА Новости

Аналитический центр ВЦИОМ и фонд «Общественное мнение» (ФОМ), опубликовав свежие рейтинги партий, показали, что между ними сохраняются числовые расхождения почти по всем позициям. Однако уже наблюдается и единство с точки зрения тенденций. Например, «Единой России», похоже, положены голоса лишь примерно трети респондентов. Поддержка КПРФ, видимо, должна постоянно падать, а ЛДПР – неуклонно возрастать. «Новых людей» приводят к общему с ними знаменателю, но «Справедливую Россию» солидарно сдвигают ниже 5%. Показатели думской оппозиции смыкаются, а если точнее, то их, похоже, намеренно возвращают к положению перед стартом кампании. То есть политическое поле постепенно очищают от последствий предвыборной конъюнктуры.

По версии ВЦИОМ, у ЕР теперь 33,4% (+1,5 п.п.), у КПРФ – 17,4% (–1,4 п.п.), у ЛДПР – 10,3% (+1,0 п.п.). «Новые люди» упали до 8,9% (–2,7 п. п), а СР снизилась до 4,1% (–0,5 п.п.). Картинка ФОМ по цифрам другая, но динамика показателей направлена на сближение с коллегами. ЕР упала в поддержке с 38% до 31%, а у КПРФ она вышла на уровень в 14% (–1,0 п.п.). ЛДПР, наоборот, прибавила до 10% (+1,0 п.п.), растут и «Новые люди», у которых уже 9% (+1,0 п.п.). ФОМ повысил и показатель СР до 4% (+1,0 п.п.).

Как обычно, гиганты социологии свои выкладки ничем не аргументируют, предлагая, видимо, просто им довериться. Между тем Центр исследований политической культуры России (ЦИПКР) составил очередной интегральный рейтинг активности парламентских партий в течение 5–11 октября, то есть за тот период, когда и проводились опросы ВЦИОМ и ФОМ. Из доклада ЦИПКР следует, что хотя информационное партийное поле резко сжалось, их сетевая активность, напротив, сильно выросла. И, например, ЕР вернулась к 100-балльным показателям в трех медийных контурах – СМИ, ТВ, соцсети, уступив только в повесточном контуре как раз СР. КПРФ удержалась на среднем втором месте, но ЛДПР свой разрыв с коммунистами сократила. А «Новые люди» показали худший результат за всю серию исследований.

Таким образом, информационная картинка не объясняет резкое падение ЕР по версии ФОМ. Больше похоже на то, что этот показатель просто подтягивается к данным ВЦИОМ. Кстати, ВЦИОМ и ФОМ спрашивают респондентов о неких выборах в Госдуму, вероятных уже в ближайшее воскресенье. Возможно, что ЕР теряет поддержку из-за каких-то непопулярных решений, однако таковых пока нет в реальности. Касательно же тех или иных планов, которые периодически анонсируются, то российский избиратель давно привык к тому, что после выборов становится хуже. Так что по рейтингу ЕР есть лишь одно логичное объяснение: результаты выборов в Госдуму нельзя было делать точкой отсчета на перспективу последующих кампаний. Потому что уровень поддержки партии президента не может превышать уровня одобрения его собственной деятельности. Что же касается понижения рейтинга КПРФ в сторону ЛДПР, а повышения ее показателей навстречу коммунистам, то тут надо смотреть за изменениями позиций уже «Новых людей». Их тоже подтягивают к рейтинговому диапазону в 10–12%, который, наверное, должны будут занять все эти три партии, тогда как эсэры, очевидно, приговорены к роли замыкающих. Надо ли в этом случае напоминать о том, что это не более чем возвращения того политического расклада, который существовал до и еще на старте избирательной кампании в Госдуму.

Теперь понятно, что именно верховная власть предопределила иной сценарий думских выборов, получив по их итогу консолидацию общество вокруг президента в очередной раз за последние пару лет. Так что можно предположить, что после того, как электоральная конъюнктура изменилась, кураторы внутренней политики вернулись к прежним схемам и интригам. Потому что в реальности не может быть такого, чтобы сразу после выборов в одних партиях люди моментально разочаровались, а другими почему-то продолжают очаровываться.

Руководитель аналитического управления КПРФ Сергей Обухов пояснил «НГ»: «Ситуация сейчас напоминает ситуацию пятилетней давности. То есть предвыборная накачка партий упала, и партии возвращаются к своему довыборному уровню поддержки. Но все эти опросы очень напоминают манипуляцию». Он считает, что, с одной стороны, снизилась важность показательной поддержки ЕР, которую «накачивали» перед выборами, а сейчас – отпустили в свободное плавание. С другой же стороны, политизация общества во время выборов действительно резко возрастает, а после них – сильно понижается. Между тем, по мнению Обухова, от навязанного сверху нарратива, что, дескать, «все оппозиционные партии в глазах общества сливаются в одну» и поэтому близки по уровню поддержки, сверху не отказались. «Скорее всего опросами будут осторожно модерировать ситуацию, чтобы привести партии к весенним показателям, по которым ЕР получала треть поддержки, а рейтинги КПРФ, ЛДПР и «Новых» были близки друг к другу – около 10%, тогда как СР имела около 5%», – предположил он.

Глава Политической экспертной группы Константин Калачев подтвердил «НГ»: «Мы действительно постепенно возвращаемся к довыборной картине рейтинговой «нормальности». Другое дело, что окружающая действительность косвенно тоже влияет на рейтинги партий». Он пояснил, что от ЕР ждали если не «молочных рек и кисельных берегов», то по крайней мере стабильности и начала проведения каких-то популярных инициатив. А вместо этого получили резкий рост тарифов ЖКХ и цен. То есть имидж партии стабильности ЕР уже перестала оправдывать. А скажем, от КПРФ «ждали после всех резких выступлений Геннадия Зюганова хотя бы каких-то действий, но таковых не последовало». При этом Калачев посчитал, что формулировка полстеров о выборах Госдумы в следующее воскресенье, в связи с чем и выясняется поддержка партий, «может способствовать искажению результата: политизированные люди знают, что выборы уже прошли, а деполитизированные не считают нужным комментировать что-то абстрактное».

Руководитель Центра развития региональной политики Илья Гращенков пояснил «НГ» ситуацию так: «Мне кажется, что мы сейчас наблюдаем вполне закономерный процесс возвращения электоральных предпочтений к обычному состоянию после большой избирательной кампании. Во время выборов партии получают дополнительную мобилизацию, внимание СМИ, работают кандидаты и региональные штабы. После голосования вся эта активность резко сокращается, а граждане начинают оценивать партии уже вне предвыборного контекста. Поэтому нынешние колебания не обязательно свидетельствуют о серьезном изменении политических симпатий. Тем более что два крупнейших социологических центра фиксируют достаточно разные направления движения. Гораздо важнее, что в обоих исследованиях сохраняется примерно одинаковая конфигурация партийной системы».

В то же время резкое снижение рейтинга ЕР по версии ФОМ всего за неделю безусловно заслуживает внимания, однако Гращенков посоветовал не спешить «интерпретировать его как обвальное падение поддержки партии». Во-первых, ВЦИОМ за тот же период фиксирует противоположную динамику – небольшой рост до 33,4%, во-вторых, следует учитывать особенности выборки и методики исследований. У ФОМ погрешность достигает 3,6 % пункта, что не объясняет автоматически все обстоятельства снижения рейтинга, но заставляет осторожнее относиться именно к недельным изменениям. Кроме того, понятно, что после выборов происходит демобилизация электората партии власти: «Люди, которые непосредственно участвовали в голосовании, могли поддерживать конкретного кандидата или региональную команду, но не обязательно сохраняют столь же выраженную партийную идентичность. Поэтому показатель в районе 31–33% может отражать более спокойное состояние общественного мнения. Чтобы говорить об устойчивом падении, нужно увидеть продолжение тенденции в нескольких следующих исследованиях», – подчеркнул Гращенков.

А вот то, чем объясняются изменения рейтингов оппозиционных партий, по его мнению, видно хорошо, поскольку «медийная активность и электоральная поддержка далеко не всегда связаны напрямую». Эксперт пояснил, что КПРФ после выборов получила заметный прирост симпатий, и нынешнее снижение на один-полтора пункта скорее похоже на коррекцию этого роста. При этом оппозиционная риторика сама по себе не гарантирует увеличения рейтинга. Коммунисты обращаются прежде всего к своему традиционному электорату, и расширение этой аудитории требует не только критики власти, но и новых предложений. ЛДПР, напротив, сохраняет достаточно устойчивое положение благодаря узнаваемости партийного бренда. Даже без постоянных громких информационных кампаний у нее есть сформировавшаяся аудитория.

«Что касается «Новых людей», то я бы не драматизировал недельную коррекцию ВЦИОМ. По обоим исследованиям партия находится практически на одном уровне, около 9%. Это говорит о сохранении заметной электоральной базы, которая существует уже независимо от интенсивности текущей информационной кампании», – сказал «НГ» Гращенков. А вот для СР ситуация, по его словам, несколько иная. Хотя партия действительно активно работает с социальной повесткой, особенно с проблемами ЖКХ, однако «высокая цитируемость пока не трансформируется в заметный рост электоральной поддержки, а это показывает, что между присутствием в СМИ и политическим доверием существует значительная дистанция».

И Гращенков также объяснил, почему рейтинги могут меняться, хотя партии не совершали ничего принципиально нового: «Я бы вообще не рассматривал эти изменения в категориях разочарования или очарования. Избиратель далеко не каждую неделю пересматривает свое отношение к партиям. Значительная часть граждан не следит за парламентской деятельностью ежедневно и не может назвать конкретные инициативы даже тех политических сил, которым симпатизирует. Поэтому ответы на социологические вопросы часто отражают не оценку последних партийных действий, а общее настроение, узнаваемость политического бренда и отношение к текущей ситуации в стране. После выборов к тому же ослабевает различие между электоральными предложениями». Он напомнил, что в ходе кампании каждая партия старалась подчеркнуть свою уникальность, а теперь значительная часть политической повестки вновь стала общей. При этом нельзя говорить, что все оппозиционные партии сливаются в одну. У КПРФ сохраняется собственная большая аудитория, а ЛДПР и «Новые люди» конкурируют в более близком электоральном диапазоне, хотя обращаются к разным группам избирателей. «В целом сейчас происходит не столько масштабное перераспределение политических симпатий, сколько переход от мобилизационной социологии выборов к обычным рейтингам. И уже следующие месяцы покажут, какие изменения окажутся устойчивыми, а какие были временными колебаниями», – заключил Гращенков.