Лидер КПРФ Геннадий Зюганов прокладывает левый курс в электоральную резервацию. Фото с сайта www.kprf.ru
В оздоровительном комплексе «Снегири» прошел ноябрьский пленум ЦК КПРФ, который подвел итоги выборов в Госдуму и определил дальнейшие задачи партии. Кроме призывов укреплять и множить ряды, повышать авторитет коммунистов среди трудящихся решено также продолжить борьбу с «Единой Россией» за статус партии президента РФ. При этом КПРФ намерена сохранить и образ самой левой политсилы. Однако оказаться левее нынешнего главы государства по определению невозможно, равно как и предлагать себя в качестве альтернативы ЕР. Так что пока, похоже, решено перевести партию в режим ожидания: до выборов в Госдуму-2031, но с надеждой на более ранний прилет каких-либо «черных лебедей».
Сам пленум ЦК скорее был парадно-торжественным мероприятием, чем местом для настоящей внутрипартийной дискуссии. Лидер КПРФ Геннадий Зюганов зачитал доклад «Итоги выборов в Госдуму и задачи по укреплению КПРФ» перед 600 делегатами и приглашенными гостями. А в перерыве был дан брифинг для СМИ, представители которых услышали примерно то же самое о причинах не самого удачного электорального выступления коммунистов в этом году.
В своей речи на пленуме Зюганов не прошел мимо споров о параметрах федерального бюджета на 2027 год, который Госдума будет принимать во втором чтении 19 ноября. Лидер КПРФ в очередной раз дал понять, что партия занимает позиции слева от ЕР, а значит, собирается выглядеть левее даже нынешнего главы государства. Как известно, президент РФ Владимир Путин в любые трудные времена объявляет, что социальные обязательства перед народом будут исполняться при любых условиях – и так или иначе свои обещания он выполняет.
А Зюганов, похоже, пытается разъяснить Кремлю, что тот не в курсе реальности: мол, финансовый план правительства не позволит выполнить главную задачу президентского Послания – выйти на мировые темпы экономического роста выше 3%, а также не обеспечит в полной мере нужды фронта. Также коммунисты настаивают, что именно КПРФ может и, конечно, должна стать партией – исполнительницей воли и поручений президента, а вовсе не ЕР.
Поскольку та, дескать, уклонилась от содержательной дискуссии по предложенной коммунистами программе, несмотря на якобы высокий общественный интерес к ней.
Пленум одобрил специальное обращение «Создадим будущее вместе!» ко всем гражданам страны, и особенно к молодежи, с призывом пополнить ряды КПРФ. О приоритетах оргработы доложил первый зампред ЦК Юрий Афонин: одним из важнейших направлений как раз будет приток молодых, вторым – развитие системы «Красного контроля», то есть наблюдение на выборах. Зампред ЦК Дмитрий Новиков подчеркнул, что итоги выборов и планы по укреплению партии по вертикали неразрывно связаны.
Но накануне пленума прошло – в закрытом режиме – более важное семинар-совещание первых секретарей реготделений с руководством партии. Как сказано в пресс-релизе КПРФ, особое внимание было уделено анализу опыта избирательной кампании: участники обсудили применение современных информационных инструментов и организационных решений в ходе выборов, особенности взаимодействия с различными группами избирателей, а также возможности использования накопленного опыта в дальнейшей деятельности парторганизаций.
На эту тему последовал доклад руководителя аналитического управления КПРФ Сергея Обухова «Ключевые уроки выборов в Госдуму 2026 года и подготовка к ЕДГ-2027». Он признал, что итоговые показатели – это всегда конкретные цифры, которые «для КПРФ – жесткие». Обухов опять повторил, что позитивный в принципе результат для партии достигнут именно в процессе отступления. «Судя по рейтинговым «вбросам», могли организовать Компартии любой результат от 8 до 18%, могли сбросить на четвертое место, но не удалось», – резюмировал он. Так что КПРФ удержала второе место, но потеряла в Госдуме 20 мандатов из прежних 57. Впрочем, на уровне заксобраний был потерян 41% мандатов (из 254 осталось 150), в горсоветах столиц субъектов РФ коммунисты показали себя на 30% хуже (из 31 мандата осталось 22). Что же касается Госдумы, то отныне фракция КПРФ там меньше, чем в 1993 году. Но позитивным фактором стало то, что электоральное ядро сохранено – и это около 9 млн избирателей, что, по подсчетам Обухова, на 2 млн больше, чем в 2016-м, то есть в период «крымской консолидации».
|
|
На совещании секретарей обкомов КПРФ был жесткий разговор. Фото с сайта www.kprf.ru |
В то же время, по его мнению, КПРФ при желании сможет стать государственнообразующей партией вместо ЕР: «Дилемма «быть оппозицией или быть системными» – ложная. Мы – государственники. Поэтому государство тоже наше, а вот партия власти – конкурент. Поддержка СВО и президента не равна поддержке ЕР. «Танк» партии власти – не вечный закон». Тем более что у ЕР вслед за пиком на выборах 2007-го (64,3%) был провал в 2011-м (49,3%), так что, возможно, 2026-й – это вероятная верхняя точка. «Наше следующее окно возможностей – выборы 2031 года. База будущего прорыва: 9 млн избирателей, вторая фракция, лучшая по эффективности машина, первое место по повестке, люди, которые не сломались», – заявил Обухов. И напомнил, что КПРФ прежде уже оказывалась нужна народу в кризисные моменты, а потому пригодится и в будущем, если у слабой ЕР попытаются перехватить власть, по его словам, «праволиберальные силы».
Судя по всему, ставка сейчас делается на перевод партии в режим ожидания до следующих выборов в Госдуму, но с надеждой на более скорое появление неких «черных лебедей». И тут коммунисты совершают как минимум три ошибки. Во-первых, они продолжают пытаться разорвать связку Путина с ЕР, хотя уже давно понятно, что эта политструктура – исключительно инструмент. Во-вторых, КПРФ по-прежнему пытается выглядеть левее президента, что просто по определению невозможно. Ведь жители страны понимают, что все социальные блага они получают от сегодняшней власти, апелляция же коммунистов к ностальгии по СССР проигрывает хотя бы потому, что большинство населения того времени уже не помнит.
В-третьих, хотя это уже и не самая грубая ошибка, партия Зюганова, видимо, намерена пойти по тому пути, по которому ранее собиралось следовать «Яблоко», из массовой структуры превращаясь в кадрированную. Левые вроде бы не говорят о консервации, поскольку понимают, что это гибельное дело, но со своей электоральной резервацией все-таки смиряются. Однако «черные лебеди» появляются внезапно, строить работу партии в расчете на них – это значит раз за разом понимать уже задним числом, что надежда опять обманула.
Президент фонда «Петербургская политика» Михаил Виноградов сказал «НГ», что КПРФ, похоже, продолжает работать в экспериментальном режиме: «Делать основную ставку на то, что все будет примерно как сейчас, и что важно сохранять легальную прописку. Отсюда дистанцирование от критики военных действий. Но одновременно допускать, что партия-долгожитель будет востребована и в следующей реальности. Если она, конечно, наступит – вместе с резким ростом протестных настроений и недовольства властью, в том числе из-за избыточно «правого» курса». По его мнению, задачи-минимум – выживание и сохранение в роли партии №2 – КПРФ решает, а «на задачи-максимум и не замахивается».
Глава Политической экспертной группы Константин Калачев пояснил «НГ», что намерение отодвинуть ЕР от президента для коммунистов стало постоянным нарративом: «На самом деле, позиция лидера КПРФ вполне последовательная. Уже давно транслируется, что КПРФ была, есть и будет «партией президента». И хотя действительно невозможно быть «левее президента», но единственный выход для коммунистов оставаться оппозицией – это отделять от него действующее правительство и ЕР. И обозначать себя в качестве именно крайне левого фланга поддержки президентского курса. «Именно такая позиция на самом деле оставляет им возможность действовать в легальном политическом поле и сохранять статус системной партии, оставаясь при этом оппозицией по статусу», – подчеркнул Калачев.
При этом он напомнил, что в этом году было множество потенциальных «черных лебедей», однако КПРФ не осмелилась ими воспользоваться, поэтому ставка и была сделана на ядерный электорат. А ситуация 2021-го, когда ставка была на общепротестного избирателя – протесты против ковидных ограничений и поправок в Конституцию, заметил Калачев, была еще до начала СВО. «Поэтому до окончания спецоперации на Украине, сколько бы «черных лебедей» не появлялось, даже если они выпадут на выборный 2031 год, то КПРФ просто не осмелится ими пользоваться. Потому что, если бы в период СВО партия активно апеллировала к протестному электорату и «черным лебедям», то ее сочли бы радикальной оппозицией. А радикальная оппозиция, как известно, у нас общается не с президентом, а с правоохранительными органами. Поэтому пока КПРФ, несмотря на громкие заявления, будет сохранять прежний курс», – уверен Калачев.
Руководитель Центра развития региональной политики Илья Гращенков сказал «НГ», что логика попыток разорвать связку Путин-ЕР с политтехнологической точки зрения понятна: «Коммунисты пытаются разделить поддержку президента и поддержку партии власти, чтобы конкурировать за патриотически настроенных избирателей, не вступая в прямой конфликт с президентом. Однако проблема в том, что эта конструкция давно перестала быть просто электоральным механизмом. Путин остается главным источником политической легитимности ЕР, а сама она выступает основным парламентским инструментом реализации президентского курса». Поэтому предложить себя в качестве альтернативной «партии президента», конечно, можно на уровне риторики, но «убедить в этом массового избирателя гораздо сложнее». А еще тут возникает противоречие: КПРФ одновременно хочет быть и оппозицией, и частью президентского большинства, в результате чего «этому избирателю не вполне понятно, зачем голосовать за коммунистов, если политический курс, который они поддерживают, уже реализует ЕР».
Отвечая на вопрос «НГ» о невозможности оказаться левее президента только на одной советской ностальгии, Гращенков заметил: «Я бы не утверждал, что быть левее президента невозможно в принципе. Пространство для более левой экономической политики сохраняется, особенно в вопросах налоговой справедливости, доходов населения, жилищной политики, тарифов ЖКХ и перераспределения национального богатства». Другое дело, что «президент фактически занял значительную часть социально-патерналистской повестки, причем обладает возможностью не только обещать, но и принимать конкретные решения». Так что КПРФ в этой ситуации необходимо предложить не просто больше социальных гарантий, а принципиально другую модель социально-экономического развития, но «вместо образа будущего партия слишком часто обращается к образу прошлого». По мнению Гращенкова, советская ностальгия позволяет удерживать традиционный электорат, однако слабо работает на расширение поддержки: молодые поколения могут разделять идеи социальной справедливости, но совершенно необязательно связывают их с восстановлением советской системы. В этом и заключается главный идеологический кризис КПРФ, которая продолжает продавать исторический опыт вместо привлекательного проекта будущего.Что до ухода КПРФ в электоральную резервацию в ожидании 2031 года или более ранних кризисных событий, то Гращенков полагает, что «здесь действительно просматривается риск постепенной консервации партии, хотя внутри КПРФ звучат и более критические оценки результатов выборов, и предложения активизировать работу». Но в целом ее общая политическая стратегия все больше напоминает об усилиях лишь для сохранения существующих позиций: «Ожидание нового электорального цикла само по себе не является стратегией. История показывает, что кризисные ситуации не обязательно усиливают традиционную оппозицию. Напротив, они часто создают пространство для новых политических игроков, способных быстрее реагировать на общественные запросы». Эксперт отметил, что у КПРФ были возможности активнее работать с социальным недовольством уже в 2026 году, но значительная часть этой повестки осталась невостребованной. Поэтому главная опасность для КПРФ даже не в том, что она может потерять еще какие-то проценты, а в том, что «постепенно утрачивается статус партии, способной предложить политическую альтернативу». «КПРФ рискует превратиться из партии потенциального будущего большинства в партию гарантированного электорального меньшинства. И если до 2031 года не произойдет содержательного и кадрового обновления, то даже появление «черных лебедей» необязательно принесет коммунистам новые голоса», – заявил «НГ» Гращенков.
