Черный бриллиант

Ева Герцигова и Фаваз Груози. Муза и ювелир.
Фото автора

Множество светских персон – поклонников таланта знаменитой актрисы Изабель Аджани с восторгом и нетерпением ждали встречи с ней на вечеринке, посвященной открытию нового ювелирного бутика в Москве. Однако, к огорчению своих российских поклонников, королева Марго (именно эта роль принесла актрисе поистине всемирную славу) не смогла посетить российскую столицу. Вместо нее основатель представляемой марки, известный итальянский ювелир Фаваз Груози, прославившийся использованием черных бриллиантов, привез с собой «альтернативное лицо» своего Дома – не менее прославленную супермодель Еву Герцигову, одну из «Большой шестерки» супермоделей 90-х.

Модель в серебристом атласном платье под руку с Фавазом Груози впорхнула в специально сооруженный к открытию бутика шатер перед Третьяковским проездом. Заждавшаяся публика приняла ее вполне восторженно. Огорчил гостей тот факт, что модель опаздывала на самолет, поэтому у нее хватило времени только на то, чтобы осмотреть витрины с драгоценностями, попозировать фотографам и телекамерам, дать несколько мини-интервью и поблагодарить состоятельный московский истеблишмент за теплый прием.

А прием был вполне теплый. Модельер Валентин Юдашкин, как выяснилось, давно знакомый с Герциговой по своим модельным делам, рассказывал журналистам, не сумевшим в тесной толпе подобраться к диве, о том, как она прекрасна, а более проворные светские девушки «щелкали» красавицу на память маленькими цифровыми фотокамерами.

Куда спокойнее, даже с некоторой флегматичностью, держал себя российский поп-идол конца 90-х Шура. Он просто разглядывал витрины и на вопрос вашего корреспондента, что бы он выбрал из рассматриваемых драгоценностей лично для себя, лаконично промурлыкал: «Все». Ответ на тот же вопрос директора Московского дома фотографии Ольги Свибловой был куда более развернут. По мнению этой знаменитой бизнес-леди и покровительницы искусств, единственное, что мешает ей носить черные бриллианты, – «бешеный московский трафик», занятость и невозможность дать камням достойную оправу в виде вечернего туалета. «Возможно, я смогу надеть их на грядущий московский осенний бал», – заметила госпожа Свиблова.