Дубай как новый Вавилон

Открывающиеся с самого высокого в мире лаунджа Бурдж-Халифа панорамы притягивают туристов со всего света. Фото автора

Съездил в Дубай. Пол-Москвы было, а я нет. Между тем люблю урбанистику в целом и небоскребы в частности. Помню, в прошлом еще веке закидывал голову и смотрел на небоскребы Осаки. У человека, существа все же скорее горизонтального, из праха ненадолго выбравшегося и в него же предназначенного, слабость к Вавилонским башням атавистическая.

Небоскребы не подвели. Ими был утыкан весь центр и еще широко рядом. А где не утыкан еще, то, совсем как в Москве, между двух зданий уже копали котлован для третьего и его быстренько возводили.

Самый высокий в городе и в мире – Бурдж-Халифа, 829 метров. Он, кстати, впечатлил не очень. Виды и виды. В новой токийской башне, скажем, есть интерактив – можно посмотреть любой район на карте, в башне Макао есть прыжки с тарзанки – страшно уже за прыгающих, в тегеранской башне есть уже хотя бы то, что она в Тегеране, а сам Тегеран это отнюдь не ад, как показывают в голливудских фильмах, а улыбающиеся тебе, редкому туристу, люди.

Впрочем, есть, как говорится, специалитет и у Бурдж-Халифы. Она, как и весь этот отстроенный совсем недавно на нефти город, умышленна, как и возведенный когда-то на болотах Петербург. Но Петербург оброс временем, нарастил себе такой культурный слой, что «я бы сузил» даже. А тут – чистое ничто на чистой пустоте. Потому что башня критически не сможет выстоять без современных технологий: без постоянной подачи энергии разрушится ее система катодной защиты фундамента, которая предохраняет сваи от коррозии в песчаном грунте, где морские грунтовые воды особо агрессивны. То есть не фундамент, а подушка электрических полей, извлекаемые и заменяемые время от времени железки. Пустота и вверху, ибо выше определенного этажа никто не селится, там даже этажи без отделки стоят. Вавилонская высота манит, но до определенного метра. А чем дальше от устойчивой земли и ближе к грозному небу, тем страшнее? Да и говорят же, что жить человеку естественно до определенного, довольно невысокого этажа. Здесь же все дома, если не совсем выпендрежные, минимум в 40 этажей. Вот и в нашей гостинице мы на 34-м этаже базировались.

Но вернемся к Бурдж-Халифе. Не нужно даже быть Виктором Пелевиным, сиблингами Вачовски и прочими Бодрийярами, чтобы определить: держит новый Вавилон, как вампиров в романе «Empire V» («Ампир V»), энергия денег. Это в самом повседневном проявляется. Ты можешь купить билет на 124-й этаж. А можешь заметно дороже, на 148-й. Хочешь еще круче? И на 152-й есть. Эксклюзивности все равно не хватает? Так можно прикупить fast track, не стоять в очереди. На паланкине, думаю, тоже можно, а вот с зажигалкой нельзя, отобрали.

Подобная даже не иерархичность, а возможность ее продемонстрировать, явить энергию денег, есть везде. Спустимся, наконец, с башни, пойдем в обычное демократическое метро. И там кроме вагона для женщин, как в том же японском метро, есть еще Gold вагон – тоже дороже и статуснее. В этот вагон, догоняя уходящий поезд и прыгая, во что прыгалось, мы раз попали и уютно сели: вагон пуст, сиденья широки и кожаны. Да, эта идея неплоха, после часа пик в московском метро любой социалист, левак и эгалитарист соблазном преисполнится.

Здание Музея будущего построено в форме тора – сложной фигуры с пустотой в центре, где овал символизирует человечество, планету, а дыра – неопределенность предначертанного.  Фото автора

А где же в метро сами арабы, спросите вы, небось, все в золотых вагонах? Нет их и там. Они и не работают особо. Работают вот эти гастарбайтеры, всех цветов и наречий, но уже на третий день сливающиеся в одно среднее, как их интернациональный пиджн-английский, лицо. Арабы, настоящие эмиратцы, до подобных мелочей вроде работы, быта и этого всего не опускаются. Они, небожители, кажется, из своих высоких замков и не спускаются, поскольку на улицах их тоже не видно. Они перемещаются на энергии бензина и денег. Что, как не личный автотранспорт, дает возможность для выстраивания символической Вавилонской башни – личных иерархий, небоскребов из понтов? Можно перемещаться на «мерседесе», можно на «роллс-ройсе», можно на нем же золоченом, с инкрустированными брильянтами дисками. Это, впрочем, не так скучно, как толщина голды на малиновом пиджаке, потому что проезжают иногда совсем ретромарки, вон и магазины редких машин имеются.

Куда же едут местные шейхи? Доподлинно сие неизвестно, разумеется. Есть подозрение, что на барберинг/маникюр, спортзал и обертывания из золота, потом – в ТЦ, затем ресторан, потом то же самое по новой.

Умышленный город, где даже тротуаров, прогулочных зон и парков нет, и не предназначен для естественного по нему перемещения. Да и природа этого и не подразумевает, когда и в январе за 20 градусов, автобусные остановки закрыты и снабжены кондиционерами (кстати, тоже неплохая совсем идея!), а что тут летом – и подумать потом покрываешься.

Климат, разумеется, всегда был таким, но невольно кажется – не нефтяной ли факел выжег здесь все живое? Как небольшой этнографический музей в Dubai Frame, Дубайской Рамке, футуристической действительно рамке между новым и старым городом (хотя какой старый, XIX век максимум). Там идет пара залов с ремеслами, ткачеством, сельским хозяйством, а потом раз – и очень символично стоит канистра для бензина. Открытие и разработка нефти. А потом следующие залы – с полным хай-теком технологий будущего. Канистра как рамка между ними, получается. Такой квантовый скачок. Без культурных слоев, а просто вперед и вверх, как кривая графика доходов.

Кстати, про побывавшую тут половину Москвы. Судя по речи в метро, ТЦ, на набережной и везде, а также по ресторанам кухни любой республики СССР и даже продающейся в магазине русской сметане, соотечественников тут больше половины Москвы и из регионов еще больше. Что они здесь делают, так же решительно непонятно, как и про досуг эмиратцев. То есть понятно, конечно. Сбегают от зимы, которую модно стало бояться, будто родились они не здесь, а в этих самых ОАЭ, тратят деньги, наслаждаются комфортом и сервисом. Понятно. Но а делают-то что? Как сказали две пожилые пары из Анапы, разговорившиеся с нами в метро, приезжают уже в 14-й раз, прыгают с тарзанки, фрахтовали вертолет. В Нью-Вавилоне всех так и тянет прочь от земли, вознестись на достижениях цивилизации и собственных финансовых возможностях? Птичий полет же в алхимии символизировал вознесение духа к высшим сферам.

Вот где-то в этом городе живет и Павел Дуров, рассылает по всему миру виртуальные телеграммы, цифровые деньги и прочие облачные сервисы, которые это самое наше будущее и формируют. Хотя здесь и самые обычные деньги уже и не совсем обычные, пластиковые купюры вытеснили бумажные. Более стойкие, менее вирусоразносящие, сложнее к подделке.

С контролем и рестрикциями, как и любым будущим, имеющим склонность скорее к антиутопии, чем к утопии, здесь тоже все продвинуто весьма. Запреты встречаются самые неожиданные. Например, все в том же метро нельзя жевать жвачку и спать. Не очень-то и хотелось, а вот тут потянуло.

Спасает от этого выскочившего «перед нами, как из-под земли выскакивает убийца в переулке» (Булгаков), такого комфортного, но такого немного неуютного будущего только спокойная любезность самих эмиратцев. Что ж, когда природа немилостива и вообще отменена в огромных городах, а будущее удобно, как элитный офис для эвтаназии, на кого еще надеяться, как не на людей? Ресурс старомодный, конечно, но проверенный.