Андрей Юрков
Маленькая кошка теряется на фоне древних камней. Фото автора
На восточной Ликийской тропе я уже бывал, а вот с западной Ликийской тропой что-то не ладилось уже второй год. Ликийская тропа – это один из популярных трекинговых маршрутов (трекинг – достаточно продолжительное пешее путешествие длительностью от нескольких дней до нескольких недель. – «НГ-EL»). Проложена она в Турции, ближайший аэропорт – Анталия. Длина тропы – 540 км. Хочешь – иди без палатки от приюта (гостиницы, кемпинга) до приюта, хочешь – иди с палаткой (хороших мест, где можно ее поставить, много). Хочешь – иди с гидом в организованной группе, хочешь – иди сам по себе. Часть маршрута проходит вдоль берега Средиземного моря, часть – километрах в 5–15 от него по гористой местности. Очень красиво.
Ликия – это древнее государство, которое постоянно кто-то завоевывал: Александр Македонский, римляне, Византия, потом турки. Государство было небольшое, протяженное на 800–1000 км вдоль береговой линии. Рядом были государства Кария и Троя. Историки считают, что древние ликийцы – это хетты, которые переняли культуру греков. Есть термин «эллинистическое государство». Ликийцы переняли у греков религию, веру в Зевса, Афину, Артемиду и даже завели свой собственный Олимп; переняли и культуру, в частности театры.
Об этом древнем государстве сегодня вспоминают лишь историки. Ну, может быть, отдельные интеллектуалы расскажут вам, что ликиец Главк приплыл со своими воинами на помощь Гектору для защиты Трои.
Любители пешего туризма уже в наше время о Ликии узнали, когда англичанка Кейт Глоу по территории современной Турции, по берегу Средиземного моря, проложила тропу и назвала ее по имени древнего государства.
Начало западной Ликийской тропы – курортный поселок Олюдениз. Я собирался начать путь в нем и пройти, сколько получится за 10 дней. Вначале все складывалось подозрительно хорошо: несмотря на задержку рейса из Москвы, я успел купить в Анталии газовые баллоны, успел на удобный автобус в Фетхие и даже к шестнадцати тридцати сумел добраться до Олюдениза. Красота… Я уже почти за пределами цивилизации, я могу идти по скалистой тропе, вокруг – сосны и кедры, видно синее море. И даже небо местами голубое. Конечно, надо скорее идти, пройти хоть полтора-два часа и ночевать уже в палатке. Меня даже расстроило то, что я потянул ногу, спрыгивая с маршрутки в Олюденизе.
От начального пункта я прошел километров семь. Тропа хорошо размечена, море где-то в километре внизу. Вечерело, я выбрал место под палатку… и тут начался шторм. Откуда он пришел – непонятно. Потом-то я понял, что это пришел фронт перемены погоды и задержался на две недели, но в том прогнозе, куда я мельком посмотрел, это не было отражено; были показаны только небольшие тучки, а я не боюсь тучек.
Я не успел поставить палатку, как внезапно началось… Палатку рвало из рук, ветер почти валил на землю. Через пять минут я понял, что ставить палатку бессмысленно: даже если и смогу поставить – снесет. Стало темно, начался ливень. Темнота, потоки воды, камни на тропе скользкие, да еще побаливающая нога. Идти в поселок? Как выяснилось утром, правильно, что не пошел – все кемпинги и гостиницы закрыты, потому что был не сезон. Но ветер уже не порывистый, только сильный дождь. Палатку кое-как поставил, но все вещи мокрые. Похолодало. Хотелось как-то согреться, но в довершение всех бед отсырела зажигалка и газовую горелку зажечь не удалось. Такая вот борьба за выживание, когда все вокруг мокрое, а температура плюс шесть градусов. Гроза продолжалась с семи вечера до двенадцати часов следующего дня.
Вовремя отступить – это тоже надо уметь. Когда я утром уходил в Олюдениз – я решил по крайней мере где-то просушиться, – на тропу вышли три немаленьких, килограммов под 100, кабана. Я был крайне рад, что они, хоть и нехотя, решили мне уступить дорогу. А вообще это говорит о посещаемости маршрута зимой.
Ближайшая работающая гостиница оказалась в 30 км. По крайней мере в ней было сухо. А все вещи мокрые, просушить спальник негде. По прогнозу – дожди; нога побаливает. Забронировал апартамент в городишке Каш, что в центральной части Ликийской тропы. В недавнем прошлом это рыбацкий поселок, в древнем прошлом – эллинистический город Антифелос, сейчас – туристический городок, в котором соседствуют вперемешку и турецкие мотивы, и эллинистическое прошлое, и хетты, и древнеримская империя. Это я опять к тому, что кто только Ликию не завоевывал. Эллинистической провинцией она стала в результате завоевательных походов Александра Македонского, потом будто бы именно здесь собирал войско не кто-нибудь, а Марк Юний Брут. Тот самый, о ком было сказано «И ты, Брут».
Но это произошло не на Ликийской тропе. В разные времена тут проходили и Марк Антоний, и апостол Павел. Потом Великая Римская империя разделилась на Восточную и Западную, потом Восточная Римская империя стала слабнуть и Ликию завоевали сначала турки-сельджуки, а потом турки-османы.
В Каше сохранились развалины греческого храма, остался театр, такой каменный цирк со сценой, гробницы когда-то важных людей, имена которых не знают теперь даже историки. Храм был небольшой, город-то маленький, театр тоже небольшой, но зато с видом на море и прекрасной акустикой.
Как, видимо, хорошо было жителям древнего Антифелоса смотреть на фоне моря комедии Аристофана и трагедии Эсхила. Вход в амфитеатр театра бесплатный, ночью он освещен. Приходи и размышляй. Можешь и попеть, можешь стихи продекламировать.
Хорошо ходить по Ликийской тропе, если все в порядке с погодой. Вот разве что охватывают мысли о бренности существования – уж очень много древних развалин встречается по пути. А ведь в этих городах жили люди. Если идешь в группе, как-то об этом не думаешь, а вот если один – поневоле охватывают раздумья.
Летом в театре иногда проходят концерты, зимой – людей нет, а встречают посетителей только кошки. Они крайне благожелательные, приходят и если ты сел в первом ряду, и в седьмом ряду, и даже на самый верх театра приходят. Иногда устраиваются на коленях, начинают мурлыкать и отгоняют мысли о бренности человеческого существования.
В походах всегда случаются интересные встречи. Бродяги узнают друг друга с первого взгляда. На тропе в перерыве между дождями я познакомился с вольным путешественником из Ирана. Он – велотурист, осуществил 22 похода – по Европе, Грузии, Казахстану, Узбекистану, Киргизии, Турции. Путешествует один, одноместная палатка. Он пожаловался, что сложнее стало преодолевать границы, особенно с иранским паспортом.
– Да уж, лучше жить в мире, – поддержал его я. – И чтобы границы все были открыты.
Он согласился. Пожелали друг другу хороших троп и дальнейших путешествий. Похлопали друг друга по плечам да и разошлись.
