Бульдозером улучшения – по Золотому кольцу

Если логика «варягов-улучшателей» войдет в конфликт с логикой местных жителей – ничего не получится. Фото РИА Новости

Продолжая тему расширяемого Золотого кольца России (см. «НГ» от 28.08.26), хочется обратить внимание на несколько важных моментов. Для успешной реализации этого проекта, по масштабу сопоставимого с советским БАМом (недаром в прошлый раз мы уже вбросили эту метафору: «туристический БАМ»), жизненно необходимо соблюдать баланс в человеческом факторе при реализации проекта.

Что я имею в виду? Трио, триаду, троицу: Чиновник, Эксперт-Архитектор, Местный житель. Ведь человеческий фактор не сводится к чиновнику, который должен реализовать проект. Нужен еще профессионал, обладающий вкусом для формирования проекта и компетенциями для его реализации. Но о третьем элементе все почему-то забывают. Считают несущественным или откровенно вторичным. А этот фактор предельно важен и, по сути, является ключевым. Местные жители.

Давайте вспомним разницу между французским и английским парком. Английский парк разбивают так, чтобы использовать тропинки, по которым уже десятилетиями ходят люди. Таким образом архитектор использует особенности рельефа местности, проводя новые линии.

Французский – ровно наоборот. Он прорубается вопреки всему, лишь бы французский вельможа мог вышагивать в лакированных ботиночках по прямым дорожкам, огибая подстриженные по последней версальской моде кусты-пудели. И вот эти кусты – это символ взгляда свысока. Когда естественная человеческая логика подменяется логикой французского аристократа, совершенно оторванного от реальности. Который видит жизнь лишь из окна своей золоченой кареты с личным кучером. «Пусть едят пирожные!» – это как раз оттуда, реплика из французских парков-пуделей.

Почему я вспомнил про парки? С каких-то пор у нас считается нормальным приходить с «улучшениями» в устоявшуюся реальность, к взрослым людям, их семьям, со своей жизнью, укладом, ритмами. Граждане РФ – они же не крепостные? И приезжать на лакированной карете с мигалкой, чтобы облагодетельствовать местных жителей, – это так себе затея.

Помнится, лет десять назад для благоустройства Палеха были выделены какие-то серьезные миллионы, которые, по решению чиновников, превратились в фонтан. Напоминаю, Палех – деревня. И фонтан в окружении домов-с-удобствами-во-дворе – это просто насмешка. Это пародия. Это карикатура, а не улучшение. Это решение французских аристократов об оптимизации жизни крестьян с помощью рекомендаций: «Чтобы не уставать, работайте в поле поменьше».

Мы хотим поднимать туристический потенциал России. Стремление прекрасное. Но вопрос в том, будем ли мы это делать деликатно, принимая во внимание контекст – исторический, социальный, культурный. В конце концов, элементарно нужно отталкиваться от особенностей местности. Одно село находится на откровенном болоте, где из красот в наличии – лишь чахлая рощица. А соседняя деревня – на высоком берегу реки, с мощными лесами, реликтовыми оврагами и перепадами высот, от которых захватывает дух. И именно от этой реальности стоит отталкиваться, начиная любые изменения. А когда чиновники начинают, как в игре «Монополия», двигать по плоской карте мешочки с деньгами, снова вспоминаются французские аристократы, создававшие геометрию Версаля с помощью циркуля и толпы с лопатами.

Но теперь «улучшатели» вооружены бульдозерами. А с их помощью соскрести культурный слой русских жемчужин можно гораздо быстрее. «Неважно, по каким тропинкам столетиями ходили жители городов и сел! На нашей карте мы уже расчертили, как улучшим их жизнь. Тут снесем, здесь заасфальтируем, а вместо березовой рощи посадим туи. Даром, что ли, у меня туйный питомник образовался? Вот и засадим все туями. Вдоль гранитных тротуаров».

Мы же помним период нашей страны, когда разрушали до основанья, а затем… И каждый строитель знает, что разница между постройкой «с нуля» и бережной реставрацией – колоссальная. И в сложности, и в трудозатратах. Но в том-то и дело, что грандиозный проект, на который замахнулось (и правильно сделало, давно пора!) руководство страны, требует максимально бережного, точечного, хирургического, если позволите, вмешательства. В противном случае мы получим французские парки, как под копирку нарисованные и петлей на шеи местным жителям наброшенные. Мы начнем бульдозерами улучшать их жизнь, выплескивая с водой идентичность. Обшивая сайдингом то, что делает наши архитектурные жемчужины – жемчужинами.

В захлестывающем нас азарте соревновательности «быстрее, выше, сильнее!» важно не упустить очень важный момент. Для тех, кому «раздали» эти туристические топонимы, они – просто часть биографии. А для тех, кто в этих городках и поселках живет, – это и есть сама жизнь. Мы можем прийти со своими топорами, чтобы начать рубить бороды местным, создавая современные туристические кластеры, но если наша логика варягов-улучшателей войдет в конфликт с логикой местных жителей – ничего не получится. И появятся то здесь, то там искусственные французские парки-пудели – словно клейма, каленым железом на живой русской земле выжженные.

Есть очень точная русская пословица: «Гладко было на бумаге, да забыли про овраги». Взгляд со стороны, вне контекста, может быть не только ошибочным, но и вредным. Мы каждый день слышим, даже от глав государств, шапкозакидательские заявления: «Я завершу этот конфликт за сутки». Вот это как раз пример высказывания вне понимания контекста. Это взгляд самовлюбленного аристократа. И очень важно, чтобы подобные короли-солнце на пушечный выстрел не приближались к нашему наследию, иначе мы получим словно клонированные городки, с одинаковыми бронзовыми зверюшками, неуместными фонтанами, самодельной лепниной поверх фресок XVIII века и туйной рощицей вместо векового соснового бора, посаженного прадедами.