Ирина Прыгова Пролог. Сборник прозы, поэзии, критики и публицистики. - М.: Вагриус, 2003, 399 с.
Форум молодых писателей - действо, где, разумеется, главным было не пьянство. Главной была та атмосфера литературы, в которую бросили новичков. Брошенные, как могли, барахтались.
Кто-то уже овладел приемами плаванья. Итак, новая (вторая уже) книга под тем же названием. Составлена Фондом Сергея Филатова при поддержке Минкульта РФ и по мотивам интернет-журнала "Пролог". Бросается в глаза некоторая неровность издания. Так, очень достойные и глубокие произведения чередуются с явно случайными. К достойным отнесем "Перед снегом" Романа Сенчина, "Волки" Ильи Кочергина, а также набросок "Черный квадратик" Сергея Измирова, юноши, чья статья опубликована на сегодняшней полосе. Отнесем к сомнительным достижениям, ну, например, нерифмованные унылые строчки Валентина Калачева ("Во имя любви", "Время как критик" и т.д.)
У Кочергина и Сенчина - снега, простые ребята, жесткое мясо и бульканье спирта. Добрые ладные картинки. У клубного завсегдатая Измирова под Замятина - ритмичная, претенциозная, очень химическая текстовка, но сделано качественно.
Вообще же, по замечанию автора послесловия Дарьи Рудановской, "почти половина прозаических текстов, вошедших в сборник, вполне укладывается в русло реализма". Да чего уж скромничать, Даша! Вся проза в это русло укладывается. Сплошной реализм. Даже стародавняя шаргуновская новомировская статья "Отрицание траура" в книжке опубликована. Как знак наступившей яви.
Новая искренность в случае "Пролога" очень социальна. Рассказ Андрея Оредежа "Шла Саша по шоссе". Распад, тоска, люди, обреченные на скорби. "Вот как они получаются, эти малолетние проститутки. Эти бандиты. Наркоманы. Не какие-то монстры нам их нарожали и воспитали. Это же осколки нашей жизни. Осколки того, что мы тискались по кустам как попало, не думая ни о чем". Последняя фраза, конечно, своеобразна в смысле грамматики. Зато доходчива.
А вот Ольга Шевченко предстает с рассказом "Рекламные люди". Приговор современной гангстерской действительности, пестрая мерзость, из которой вышвырнут несчастный дедушка девушки.
Ориентация на доходчивость, на нутряное, на исконное-посконное, на мужественно-суровое в книжке очевидна. Это уже самостоятельная линия. Но этого не достаточно. Цыплячьего, задорно-желтого цвета сборник изнутри все же несколько схематичен и чересчур мрачен. Оттого будем желать подвижникам из журнала "Пролог" тонкости и большей бодрости.
